– А с нашей культурой, никому мы на хер не нужны! Закончили, мля, театральную режиссуру?! – поддавливала на подруг Машка. – Сколько тебе в школе платят за творчество? Двести рэ в месяц или меньше? За комнату пятьдесят отдала, на пожрать, на одежду, дальше что? А тут даже хату сможешь себе купить! В этом же Свердловске. Или в Москве. Да где захочешь. А через полгода или годик бросим это грязное дело и уедем куда-нибудь вместе. Вы поймите, мы же вместе будем. Вот что главное, девочки! Поддержим друг друга.
– Куда поедем? – спросила Аня, глаза у неё загорелись от Машкиных рассказов.
– Да хоть в Турцию! Не всю жизнь же этим заниматься. Я вас, что убивать зову?! – Она замолчала и продолжила: – Отказаться всегда успеем, давайте попробуем. А то всё ля-ля, да ля-ля, ничего и не меняется, каждый раз одно и то же.
– Не убивать, но… – проговорила Варя и повисла пауза.
Они совсем не походили на девочку по вызову: умная, высокая, слегка полноватая, но фигуристая, чуть раздавшаяся в боках, Варя; пышногрудая, с правильными чертами лица и хвостиком на затылке, обаятельная, добрая и симпатичная Аня; толстушка Машка – милый, домашний и неуклюжий «медвежонок», заодно командирша и предводительница. На время они опять затихли.
– Ну что, звонить?! – хитро спросила Машка, понимая, что победила.
– Да звони уже! – в голос закричали подруги.
Машка посмотрела с ухмылкой, язвительно хихикнула, помотала головой и спокойно подошла к зеркалу. Она поправила прическу, халат, макияж, брызнула каких-то духов, будто всё это пригодится ей в разговоре по телефону. Она вернулась в зал другой: мгновенно протрезвела, хотя до этого пошатывалась и говорила заплетающимся языком. Когда ей было нужно, она умела преображаться. Машка взяла газету с объявлением, забралась обеими ногами на прогнувшееся под её весом кресло, рядом с телефонной полкой, и осталась стоять в нём, опираясь на стену.
По-другому звонить было невозможно: полка с телефоном находилась высоко, надо было либо тянуться к ней, либо отойти подальше, но сегодня, как она объяснила, уместнее было возвышаться над аппаратом, тогда преимущество в разговоре будет на её стороне, как она где-то вычитала, уже пробовала, и это сработало. Машка в очередной раз припомнила, что твердила Боре, чтобы он переделал полку, но всё было бесполезно. Она объясняла это тем, что нашла секрет против «Борькиных рук из жопы» – оставить всё как есть, пока не придёт самый край. Пока не пришёл.
И вот она стояла на кресле, в психологически верной, просчитанной позиции, девчонки пристроились рядом, из трубки пошли длинные гудки, и они приготовились слушать. Машка показала жестом, мол, спокойно, я знаю, что делать, Аня с Варей смотрели на неё во все глаза.
– Але, – громко и вальяжно ответил мужской голос.
– Аллё, здрасте! – начала Машка, стараясь говорить деловым тоном, но слышно было, что голос не слушался, она «дала дрозда́» и получилось панибратское проигрышное «здрасьти» вместо культурного и немного отстраненного «здравствуйте».
Аня хихикнула, Машка свела грозно брови, посмотрела в её сторону, Варя приложила палец к губам и тоже повернулась к Ане, та затихла, но продолжала улыбаться.
– Мы звоним по объявлению. – Голос Машки дрожал, она то тараторила, то затыкалась. – Хотим с подругами приехать к вам… на работу. Но… мы иногородние. А можно узнать, в чем заключается работа? – Она кивала, видимо, ей отвечали.
– Да-да-да. Нас всё устраивает. Трое нас. А когда можно подъехать? – Машка отвечала смелее, ей что-то говорили, она снова и радостно кивала.
– Хорошо, возьмем. Спасибо. Да, подъедем. Всего доброго. – Она положила трубку, тяжело выдохнула.
– Мужик? – спросила Варя очевидный факт, показывая на телефон.
– Ага. – Машка была такая счастливая, будто это был её мужик-миллионер и он звал её замуж. – Ой, девочки, аж дыхание перехватило.
– Актриса, называется. Сверхзадачу забыла, сцендвижение завалила. Дыхание не держим, – заворчала Аня, пародируя Машку, но ей было любопытно, что конкретно сказал этот мужик, она смягчила тон, – молчу, молчу, чего там?
– Норму́ль! В пятницу едем в Свердловск! – ответила Машка.
– В пятницу?! В эту?! – переспросила испуганно Варя.
– Нет, ещё месяц будем тянуть, – заважничала Машка, обнаглевшая от того, что знает больше остальных.
– Хорош быкова́ть! Рассказывай, – наехала на неё Аня.
– Ну, вот, значит… – Машка важно посмотрела по сторонам, оглядела комнату и продолжила: – Короче, им по фиг, что мы приезжие, но жильё пока дать не могут. Придётся первое время поездить или, может, у кого-то там пристроиться. Чува́к этот сказал, что спросит.