Шиш, отдав честь в два прыжка, скрылся в лесной чаще.
— Поразительно как он так быстро передвигается в лесу.
— У каждого зверя есть своя территория, на которой у него есть преимущество.
Эван задумался о смысле ее слов. На языке вертелся вопрос: «А какая твоя?» Но апатия возвращалась к нему подобно приливу, после отлива и он промолчал.
Прошло не так много времени, зашумела листва и из куста высунулась довольная морда Шиша, сжимающая в зубах заржавевший ключ.
— Дом?
— Скорее изба. Или что-то подобное. — Девон развернулась к Эвану, — Возможно, нам повезло и вам не придется спать под открытым небом.
Эван слабо ей кивнул.
Силы опять покинул его.
Они пошли по первой тропе, но сперва Девон, приложив немного усилий подошла к дерево-стражу и на прощание похлопала его по искаженному белому стволу под дуплом с «злым оком».
Стоило догадаться, что Эван не обратит внимания на другие символы на деревьях. А зря. «Колдовство», а затем «Смертельная опасность» и четвертый символ…
«— Ха!»
«Хорошее времяпровождение!»
Девон не сдержала смешок.
— Звучит очень многообещающе.
Мрачные силуэты искривленных деревьев окружали перепутье.
Страж-древо охраняло четыре узкие тропы.
Злое око сурово смотрело перед собой.
Звенели колокольчики, бренчали обереги и развевались ленты на его ветвях.
Синие сумерки сгустились в лесу и за деревьями, мрачные тени залегли среди корней и опавшей листвы. Словно искусные декорации в театре, нагоняя тоску и тревогу. Еще с декорациями это место роднила — тишина.
Лес полнится шумом, звуками жизни, но не здесь.
Темный силуэт отделился от одного из деревьев.
Подобраться ближе он не мог из-за страж-древа и оберегов.
Но убедившись, что путники пошли по первой тропе, его зрачки довольно блеснули серебром, а когти нетерпеливо заскребли по коре.
Издав довольный смешок, некто бесшумно скрылся среди густого подлеска, цепляя рогами листья, облизывая узкую мышиную пасть и оставляя за собой след от раздвоенных копыт.
Остаток пути занял не так много времени.
Они шли, ведя за собой уставших животных по извилистой тропе, на деревьях бренчали сплетенные из веток амулеты и старинные колокольчики. Когда солнце почти скрылось за горизонтом, а на небе зажглись первые звезды, и очередной поворот тропы вывел их к широкой прогалине. В последних лучах закатного солнца они увидели дом, и открывшееся зрелище не оставило их равнодушным. Эван ахнул, Шиш присвистнул, якди заворчали, а Девон хмыкнула.
«— Возможно, ночёвка под открытым небом все же не такой плохой вариант а?»
6.2 Ведьмина Хата
Это была самого жуткого вида покосившаяся изба с соломенной крышей, на которой спокойно сидели черные птицы. Их не смутили ни прибывшие путники, ни струйка угасающего черного дыма из печной трубы, что стремилась в закатное небо.
На ветру бренчали деревянные обереги, висевшие практически на каждой ветви ближайших деревьев. И пока Девон с каким-то недоумением оглядывался и даже потрогала один из них. Эван привязав их якди под навесом, подошел к избе и постучал в дверь.
— Эй! Здесь есть кто-нибудь?
Ответом ему была тишина.
Он постучал снова.
Дверь со скрипом открылась перед ним.
«Не заперто?»
Внутри избушки никого не было, но выглядела она куда более обжитой, чем казался снаружи. Вязанки дров у очага. Спички и свечные огарки. Кое-какие травы, развешанные по стенам. Припасы у полок. Если бы не развешенные по всей округе обереги ее можно было принять за дом охотника или лесничего, а так…
«— Натуральная ведьмина хата.»
Но вот странность несмотря на очаг, в котором тихо трещали угасающей угли, все остальное убранство было покрыто тонким слоем пыли. Не был иного намека на чужое присутствие за довольно продолжительный промежуток времени.
«— Зачем жечь печь, в такой глуши, если никто не собирался ей пользоваться?»
Девон резко остановилась. Покосилась на Эвана и Шиша, но те лишь продолжали осматривать скудное убранство единственной комнаты, словно не заметили и не слышали ничего странного.
— Хм.
— Может, хозяин просто отлучился?
Эван стряхнул с застеленной кровати покрывало, подняв облако пыли. Чихнул. Еще раз чихнул.
— Даже если и так найдем ли мы…
— Нет. — Неожиданно сказал Эван. — Я очень устал. Мы остановимся здесь и …