(* О нет, это не была актом ужасающей жестокости… Хотя бы, потому что кандалы не были настоящими. Тогда зачем все это нужно? А все просто. Атаман исходя из опыта предыдущих гулянок минимизировал риски, что музыканты «самоустраняться» ** еще до середины праздника. И хоть сами музыканты были не особо такому рады… Просто знайте, им очень хорошо заплатили.)
(**Способов «самоустранения» было великое множество завязать драку с гостями, напиться в баре, объестся за столами (с риском траванутся тем, чем никто отравится не может), засесть за карты, лечь вздремнуть за сценой, просто исчезнуть или быть украденным одним из гостей… Атаман повидал от этих ребят всякое.)
— Но как? Это буквально… край мира!
— Слово на букву «ж», было бы более уместно. Но да, ты прав, такого увидеть точно не ожидаешь. Наш дорогой Атаман не перестает меня удивлять.
Чуть помедлив, она сказала еще одну фразу самой себе.
«— Значит, он раздобыл ту вещь и смог сплести тени в тропу. Любопытно.»
Эван не успел уточнить, что она имеет в виду, как к ним подошел бывший ассистент фольклориста.
— Мы все-таки успели на праздник! Так-с теперь вам осталось договориться с Атаманом о встрече…
— Судя по разгару праздника, он может быть вусмерть пьян! — Фыркнул Бородач.
— Не сравнивай его с собой! Вдобавок… — Ассистент неопределенно пожал плечами. — Пьяный Атаман не сильно отличается от себя трезвого. Хотя последнего мы уже давненько не видели.
Девон кивнула на шумную толпу.
— У вас тут собралась довольно разношерстная компашка.
— Так и времена нынче неспокойные. «Нужно держаться вместе и действовать сообща только тогда никто не останется в обиде…»
Его слова утихли, а мысль оборвалась, когда мимо них прошла симпатичного вида официантка и взгляд Ассистента зацепился за ее грудь, а отцепится обратно уже не смог.
— Ну в общем, вы это тут сами располагайтесь, а я это…
Недоговорив, он исчез следом за девушкой, как рыбак, утянутый в воду крупной рыбой. Спустя ровно минуту, где-то в глубине зала раздалась звонкая пощечина.
— Неудачник. Если чо… — Крюк помахал кому-то в толпе. — Я там, где бухло.
Эван запаниковал, однако вопросы: «Как нам найти вашего Атамана?» и «Что это за праздник?» он задать не успел.
Чье-то тело с грохотом свалилось откуда-то сверху, чудом никого, не придавив и окрасив солому, разбросанную по каменному полу, в багровый цвет.
Бородач расхохотался.
— Ну какой хороший праздник и без трупа?!
Судя по веселым крикам и смеху это мнение с ним разделяли и другие гости.
Все присутствующие подняли взгляд на сломанный балкон и закрытую тканью ложу, что возвышалась над залом в противоположном от входа конце и от которого вниз к пустующей пока большой сцене вела винтовая лестница.
Все словно затаили дыхание, когда из темного проема ложи, отодвинув в сторону занавес из бус, показался высокий рыжий мужчина с весьма примечательной внешностью. Он поднял что-то с пола и сел на те поручни балкона, что остались целыми, и отсалютовал толпе бокалом вина.
— АТАМАН! — Зал наполнился счастливыми криками и овациями, приветствуя хозяина этого праздника.
«— Не может быть. Лис Валенте?»— Прошептал Эван не веря тому, что заменило ему глаза.
Осматривая зал, тот на мгновение встретились с ним взглядом и Эван ощутил, как по спине побежали мурашки. Глаза Атамана были наполовину серыми, а наполовину золотыми у самого зрачка. И даже не очередное явление цвета в его монохромный мир подтвердил его догадку о том, кем мог быть этот человек, а то какой силой обладал этот взгляд. Однако в следующий миг тот усмехнулся, разорвал зрительный контакт и странные чары развеялись.
Атаман подбросил в руках кошель, поймал, взвесил, а затем с усмешкой бросил его так, что золотые монеты дождем посыпались на зал.
Еще больше радостных криков, а следом небольшая потасовка и несколько драк.
Эван, к своему удивлению, тоже поймал одну. Это был золотой песель с каплей засохшей крови, правда, кто-то изменил рисунок так, что собачья голова стала похожей на лисью.
Но что более показательно многие из гостей не сдвинулись с места сочтя ниже своего достоинства ползать по грязному полу даже ради парочки золотых монет. А просто отсалютовали хозяину праздника бокалами, выразив ему свое почтение.
— Чистое золото. — Констатировала Девон, когда Эван протянул ей монету.
Когда он вновь поднял взгляд, Атаман уже скрылся внутри ложи.
— Наш Атаман — щедрой души человек. — Фыркнул Бородач, наблюдая, как бездыханное тело подхватили и уволокли с глаз долой. Его глаза опасно блеснули при виде бесхозных монет. И он покинул их, выискивая глазами еще неприбранные монеты или тех, у кого их можно с легкостью отобрать.