Лис отобрал у него не догрызенную куриную кость и отбросил в зрительный зал не целясь и угодил поднимающемуся с колен Бородачу с золотой монетой в трясущейся руке прямо в лоб.
Всякое-разное и меч «Сердцеед» в потрепанных ножнах, которые Эван не выпускал из рук, были отобраны и брошены на мешки в дальнем углу сцены.
Лис продемонстрировал ожившего Эвана зрителям и Шуту.
— Вот. Расколдовали!
Раздались первые хлопки. С приходом на сцену Лиса атмосфера в зале начала меняться. Если до этого публика терпела в ожидании, когда можно будет порвать Шута на лоскутки. То сейчас в ней проснулся неожиданный интерес. Зрители стали подтягиваться к сцене.
— Да, да. — Недовольно фыркнул Шут. — Думаю этому юноше и правда не место на сцене. Как насчет …
— Не согласен! — Возразил Лис, вальяжно опершись на плечо Эвана. — Думаю, этот юноша еще сможет нас всех удивить, но сперва его нужно немного наставить. Поделится мудростью и опытом, так сказать. Иначе будет нарушен основополагающий принцип театра!
— Это какой же?
— Вы не знаете таких простых основ мой друг? Куда смотрели ваши учителя!
Улыбка дернулась на лице Шута.
— Разумеется, я знаю!
— Тогда дайте нам одну максимум два-три минутки… А пока займите зал музыкой. Но умоляю не пойте! У зрителей и так нервы на пределе и будет грустно, если вас прирежут до того, как мы вернемся.
Шут изменился в лице, словно проглотил целый лимон*.
(Очищенный, порезанный дольками и обваленный в остром перце. Иначе почему тот вдруг так покраснел?)
Но послушно отвернулся в зал и заиграл ненавязчивую мелодию на мандолине, не открывая рта.
— Славно.
Лис отвел Эвана в сторонку.
И тому впервые удалось как следует рассмотреть этого человека.
Лис был красив, но не типичной красотой, а дикой ее версией.
Высокий и поджарый. Его лицо украшали шрамы, а в повадках было что-то от хищного зверя.
Одежда на нем была дорогой, качественной и весьма необычной*. Правда при этом выглядела так словно в ней недавно извалялись в осенних листьях и, нацепив сверху пару драгоценных цацек, вышли к людям.
(* Эван плохо разбирается в моде… Ему и не надо. Одежда Лиса состояла из элементов, которые были взяты из разных комплектов невероятно дорогой и модной одежды. «Позаимствованных» из разных уголков Реала. И Лис сочетал их между собой исходя из чистой прихоти. По всем законам моды они не могли сочетаться! Но вопреки всякой логики Лис выглядел просто великолепно.)
А еще его голос! Глубокий с легкой хрипотцой. Не такой вкрадчивый и гипнотический как у Девон…
Но очаровывал он схожим образом, что тебе хотелось навострить уши и узнать, что еще скажет тебе этот человек.
Это и есть харизма?
— Ой, да не бойся! — Лис приобнял его за плечо. — Ты впервые на сцене?
Эван кивнул.
От Лиса стоял стойкий запах леса, красных ягод и дорогого алкоголя. Тот развернул его так, что они оказались к толпе спиной и наклонившись зашептал так, что Шут не мог их подслушать.
— Расслабься, я не кусаюсь. — Лис усмехнулся и еще раз по-отечески похлопал его по спине. — «Просто делай все, что я скажу. И тогда отделаешься легким испугом. Так! Во-первых, ни в коем случае не наступай на те доски…»
— ?
…
..
.
Инструктаж занял не так много времени.
«— Запомнил?»
Не зная, что сказать пораженный до глубины души Эван просто закивал.
Лис потрепал его по светлым волосам и, развернув к залу, сказал последнее напутствие.
«— И не забывай это сцена. Тут можно почти все. И никто не примет это за чистую монету, пока ты играешь свою роль. Ну что пацан, развлечем моих ребят?»
Девон бросила обеспокоенный взгляд на Эвана, когда его вытащили на сцену.
Было нетрудно догадаться какой «спектакль» решил устроить Шут.
«Вот только мишень для этого он выбрал на редкость неудачную.»
А когда следом на сцену вышел Лис, разыгрывая из себя неуклюжего пьяницу… В то время как его природная харизма уже подцепила и намертво приковала к себе внимание всех и каждого из присутствующих в зале.
Девон и вовсе убедилась, что ее помощь тут не потребуется.
Не так уж сложно отличить самоуверенного дилетанта от профессионального актера-импровизатора. Особенно когда они оказываются на одной сцене.
«Каким бы ни был продуманным его сценарий, какие бы изменения ни были внесены в сцену. Шут проиграл еще до начала представления, какая скука…»