— Ненавижу насекомых!
Они и так это знали.
— Нет. Не думаю. Судя по всему, перед смертью они были под воздействием некого дурмана. Это объясняет поведение падальщиков.
А тем временем их внимание привлекло нечто общее у всех мертвецов.
— Им вырезали глаза и парень прав никаких следов сопротивления. Более того, судя по следам крови на нижнем белье, они вначале разделись, потом лишились глаз и лишь потом были убиты.
— Причина смерти?
— Колотая рана в сердце.
— Если нет следов сопротивления, тогда почему их пальцы в крови? — Осторожно поинтересовался молодой разведчик.
Хаунд вздохнул.
— Потому что это их кровь.
“Они сами вырвали свои глаза.”
Гончие ощутили знакомые интонации в его тоне.
— Доводилось видеть такое прежде капитан?
— Да, но за горной грядой, ближе к королевству Кирин.
Гриф издал задумчивое мычание.
— Ты про те случаи? Разве жертвами не были юные девушки? Одна-две в месяц не более. Преступника поймали и казнили, если мне не изменяет память.
— Да. — Хаунд вздохнул. — Орден направил туда меня и отряд капитана Огара. Но уже после первых дней расследования, местные "поймали" преступника с поличным и казнили на месте. Девушка тогда чудом осталась жива, а поскольку после этого инцидента все прекратилось, нас быстро отправили восвояси.
— Но ты сказал «поймали», — повторил Гриф голосом, выделяя кавычки. — Хоть прецеденты прекратились было что-то еще?
Хаунд указал на поляну.
— Тот же почерк. И хотя с девушками обходились более жестоко, ни одна из них не сопротивлялась. За исключением последней. Она подняла большой шум и на него сбежались все, кто был вокруг.
— Но и это еще не все?
— Верно, когда того «преступника» избивали до смерти, он и не думал сопротивлялся! —Борзай вышел из-за их спины и все в нем кричало «А я ведь говорил!» направленное на Хаунда. — Не говоря о том, что …
— У нас был королевский приказ, — Оборвал его Хаунд и, прежде чем тот успел, поделится своими соображениями, что с этим приказом стоило сделать. Хаунд добавил тише. — И приказ Великого Магистра Альбина.
Этот аргумент оказался достаточным весомым, чтобы Борзай замер, заткнулся и в раздражении несколько раз, ударив руками по воздуху, обиженно скрестив их на груди, отвернулся.
— Вот как, значит, была замешана политика. — Со вздохом подытожил Гриф. — И теперь к нам заявился либо подражатель, либо гастролер «с того света» с крайне опасными фокусами.
— Нам стоит быть начеку? — Осторожно спросил разведчик.
Хаунд согласно кивнул.
— Да, проинформируй остальных.
Гриф тем временем закончил осмотр тел.
— Как давно они здесь?
— Исходя из следов разложения и учитывая активность падальщиков. Они гниют тут почти неделю.
— …
Хаунд заметно нахмурился.
— Капитан, судя по приказам, что вы нам дали, ведь не было упоминаний о втором отряде? Помимо того, что отправился в «Воронье гнездо» проверить мальчика.
— Те, что доложили о его исчезновении?
— Нет. Был лишь один отряд.
В воздухе повисла тяжелая тишина.
— Они вернулись? — Непонимающе спросил разведчик.
— Ха! Вернулись? Судя по следам, никто из них так и не ушел далеко от Аконитовой долины живым… да и мертвым тоже. — фыркнул немного остывший Борзай.
Повисла напряженная тишина.
— Но раз так… То, кто тогда доложил о нападении на Воронье гнездо? — Удивился Гриф.
— Тот, кто напал на «Воронье гнездо». — Спокойно ответил ему Хаунд.
— !
Гончие обеспокоенно начали перешептываться между собой.
— Как глупо! Зачем кому-то сообщать о собственном нападении? Даже если бы отчет не пришел, нас бы все равно …
— Но не на перехват, а в замок!
— Это позволило бы им выиграть время?
— Выиграть время?! Значит, они не хотят, чтобы мы побывали в «Вороньем гнезде»!
— Или, наоборот, хотят, чтобы мы заподозрили неладное и направились именно туда.
Мнения разделились:
Кто-то явно считал, что они должны отправится в «Воронье гнездо» наперекор уловке напавшего.
Другие же, напротив, придерживались мысли, что нужно следовать полученным приказам.
Гриф и Борзай хоть и сцепились взглядами, но хранили молчание. Прекрасно понимая, что обе возможности пока не стоит исключать.
Они были на распутье.