— Как понимаю, новую хозяйку Штормоцвета не сильно любят за это соседи.
— Мягко говоря. Но ей подчиняются драконы и она единственная, кто способен сдерживать белый Тайфун.
Отголосок Великого бедствия Бури.
Закончив разговор, они все-таки добрались до четвертого этажа и маленькой лестничной площадки перед дверью в мансарду.
Девон покосилась, на притихшего Эвана, поражаясь, как он вообще стоит на ногах. Они провели больше суток в пути, и тот короткий обморок был единственный раз, когда он спал или отдыхал, а учитывая, что было до…
«Он должен валиться с ног от усталости.»
И стоило ей об этом подумать, как Эван завалился набок, прижимаясь плечом к стене рядом с дверью. Девон протянула руку, но тот протестующе отмахнулся.
— Просто закружилась голова, — он протянул ей ключ. — Не откроешь дверь?
Девон взяла его и, подойдя к двери, вставила его в замок отметив, что на рукояти был тот же узор, что и на ключе. Но не роза, а цветок сирени.
Эван, прижавшись к обоям спиной, посмотрел в витражное окно.
— Мое желание… Я хотел воссоединиться с семьей, но мой отец — сложный человек. После того как моя мать умерла, он не разговаривал со мной, даже когда я еще был в нашем родовом гнезде. И расстались мы тоже не очень хорошо. Последние несколько лет с ним общался только мастер Кром. Я даже не знаю, женился ли он вновь или остался вдовцом. Чем мы ближе к поместью, тем сильнее меня одолевает дурное предчувствие.
— Надеюсь, его причина не я?
Как сверхъестественное существо, способное нарушать законы мироздания. Она все еще должна вызывать некоторые опасения.
Эван неопределенно качнул головой и слабо ей улыбнулся. Нарисованные глаза на его повязке сказали ей все, что она хотела знать.
— Хорошо. — Девушка усмехнулась. — Пока мы здесь я обещаю, что вы сможете спокойно отдохнуть, и никто не потревожит ваш покой. — Она приглашающим жестом указала, на открытую дверь и легко поклонилась. — Прошу, входите, молодой господин.
Эван с трудом оторвался от стены.
— Сколько раз я просил не разговаривать со мной так, когда мы наедине?
3.2 Мансарда для двоих, не считая …
В мансарде оказалось на удивление просторно и уютно.
Скат крыши проходил наискосок и сужался лишь ближе к краю комнаты. Из мебели: две кровати, круглый стол, два стула, небольшой очаг, большой старинный шкаф и сундук. В углу дверь чулана.
Девон, зайдя внутрь сразу заняла место сбоку от высоких ромбовидных окон с видом на внутренний двор. Их украшали необычайной красоты ажурные занавески. Однако при ближайшем рассмотрении они оказались довольно старыми и грязными. За занавесками обнаружился подоконник, на котором стояла разбитая глиняная посуда с пышной и разнообразной растительностью от скромных полевых маргариток до декоративных бегоний.
Эван с трудом добрался до одной из кроватей, стянул повязку с глаз и рухнул на подушку лицом вниз, издав протяжный стон.
— Она доставляет дискомфорт? — Поинтересовалась Девон, чуть отодвигая занавеску и осматриваясь.
Эван перевернулся на спину и тихо ответил.
— Нет. Просто не привык, что продолжаю видеть, даже когда мои глаза закрыты.
— Хм.
Во дворе тем временем появился хозяин постоялого двора «Сердца Розы» и два молодых парня. Один низкий и толстый. Второй высокий и тонкий.
«Судя по всему, эти двое его сыновья. Те же глаза.»
— Ты расплатилась монетами, что забрала у тех людей?
Девон приятно удивилась его наблюдательности.
— О, ты заметил?
— Догадался. Его лицо, когда он увидел монеты… — Эван глубоко вздохнул. — Как ты думаешь они сообщники?
Хозяин тем временем закончил что-то втолковывать юношам и, наградив одного из них подзатыльником, вернулся в трактир. Его толстый сын, потирая затылок, гуськом скрылся в пристройке, мимоходом пнув одного из петухов, а вот второй посмеиваясь направился в сторону конюшен.
— Такая вероятность есть.
Эван хмыкнул и, закрыв рукой глаза, замкнулся в собственных мыслях.
Девон покосилась на него. За всю дорогу, что они проделали от оскверненной рощи, она предприняла несколько попыток его разговорить, но все, что ей удалось, это добыть крупицы информации. У нее почти сложилось впечатление, что он ей не доверяет. Но причина могла быть куда банальнее, Эван сам ничего не знал, или не осознавал, что владеет нужной ей информацией, а учитывая обстоятельства, усталость и пережитый шок… Тогда ей не оставалась иного выбора, как дать ему время оправится и набраться сил.