«Значит, Эван где-то рядом!»
— Эван! Я знаю, что ты здесь. Выходи поиграть!
Тишина.
Она нахмурила свои изящные бровки, оглядев свое окружение.
«Эти люди ведь бросились на его защиту?»
— Ты подойди. — Приказала она одному из псоглавцев, а затем закричала еще громче. — Эван, выходи, если ты не выйдешь, я буду убивать твоих друзей! Одного за другим…
Впрочем, на чердаке к ее энтузиазму остались равнодушны.
Тряпичная Энни поежилась и бросила на своих спутников неуверенный взгляд.
— Вы не собираетесь их спасть?
Девон и Эван переглянулись, а затем посмотрели на нее. На их лицах четко читалось: «Нет» и «С какой стати?»
— Но, э-м…
— До недавнего времени они были в сговоре с моим безвременно почившим дядей Норием ван Астрой и явно не добра мне желали. А сейчас под воздействием гле…глэ… чар очарования, перешли на сторону врага.
Девон одобрительно кивнула.
— Согласна. В нынешней ситуации, чем их меньше, тем нам лучше.
После очередного трупа у ее ног. Прекрасная Леди заподозрила неладное. Что-то было не так… Разве Эвану уже не подобает выскочить на нее с мечом и попытаться спасти эти никчёмные жизни?
Ей казалось, что в Эване как в дворянине должно быть что-то «рыцарское», а тут ничего.
Может быть…
— Эй ты. Да, ты! — ткнула она аккуратным наманикюренным пальчиком в псоглавца без маски. — Какие у вас отношения с Эваном ван Астрой? Вы встали на его защиту, а ему на вас плевать! Разве вы не его друзья? Ты у них главный и должен знать, говори как есть!
— Эмм, госпожа, тут какое дело…
Неуверенно начал, чуть пошатывающийся Бриар.
— Короче!
— Нет, мы не его друзья. У нас была договоренность с Норием ван Астрой, его дядей. В качестве ответной услуги за его расположение и щедрость.
— О, и о чем же была эта договоренность?
— Когда мальчик вернется в родные края, мы должны были перехватить его, разыграть некий спектакль, и заставить исчезнуть. Навсегда.
Прекрасная моргнула. На ее идеальном лице, прикрытом маской, расцвело понимание.
— О, так вы собирались его убить?
— Нет, что вы нет. Такое расточительство. — Пастуший отрицательно покачал головой, его язык заплетался. — Его Светлость Норий не настолько жесток, чтобы убивать ребенка вдобавок единственного родственника. Все куда как проще. Ужасные крепости нужно кормить. И им все равно кто ты, благородный или отребье. Для них ты человек без имени и прошлого. Если мальчишка будет достоин, то однажды станет нашим братом по оружию.
— И вы не боялись, что однажды он отомстит?
— После обряда инициации, обратного пути у него уже не будет, как и воспоминаний о прошлом.
— А? А-а! Я поняла. — Леди стукнула кулаком о раскрытую ладонь, — Вы, его враги. Ничего удивительно, что сей благородный господин не побежал вас спасать.
Даже перебей она их всех… Эван не выйдет.
— Как же неприятно, — она буквально чувствовала на себе его взгляд. — Он, где-то рядом. Но как же его выкурить… Выкурить? — Спросила Прекрасная Леди сама у себя, смотря своими большими серыми глазами в никуда. — Может и здесь спалить все дотла?
Ее совершенно не смущало, что ее слова могут быть услышаны.
— НЕТ!
Роах, хозяин постоялого двора, давно пришел в себя, так и не подавшись странным чарам. А видя, что за ужасы здесь творятся предпочел отползти в сторону, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. На поле брани эта тактика однажды сработала, работала и теперь, но, услышав последнее, он пришел в ужас. Ему было все равно на это старое здание, но Лили! Внутри все еще была его дочь.
— Постойте! Госпожа, почему бы вам не вызвать его на дуэль чести?
— Дуэль чести?
Девушка удивленно заморгала, вынырнув из собственных мыслей.
Перед ее внутренним взором это место было в прекрасном огне.
— Да, это древний обычай этих земель! Священный обряд, что был еще до прихода благородного рода Астры из долины! Здесь в присутствии свидетелей из его будущих подданных. Наследник рода не сможет вам оказать. Иначе он будет опозорен и навсегда лишится своего титула!
Роах не стал уточнять, что этот обычай давно предан забвению. И никто из тех, кто был во дворе, и сохранил свой разум, не стал об этом говорить. Они понимали, это их единственная надежда.
Даже если Эван окажется трусом, что в его обстоятельствах будет в некоторой мере простительно. Уж, больно странные чары имела эта «Прекрасная Леди» над окружающими. Этот обряд обязывал дуэлянтов сохранить жизнь свидетелям, чтобы они несли весть о позоре проигравшего во все земли и это никогда не было предано забвению.