Девон, удивленно моргнув не без интереса, покосилась на собственную тень. Принявшую форму высокого мужчины, который беззвучно хрустнул кулаками стоя над поверженной тенью Бородача, которую до этого скрутил в удушающем захвате, а напоследок пнул по печени. Отчего тело на полу, не приходя в себя, сжалось в клубок.
— Хм? — Девон пожала плечами. — Можно и так.
Не в ее привычках жаловаться, когда кто-то другой делал за нее всю работу. Хотя…Нет. Это было как минимум странно.
С чего вдруг он стал таким активным? Раньше его лишенный самосознания призрак не вмешивался в происходящее, если на кону не стояло что-то действительно важное.
А тут на те.
Это из-за тропы теней поблизости?
Или ему просто не понравилась рожа этого бандита?
«— На предателей и «крыс» у него всегда был пунктик, если вспомнить… Потревоженные воспоминания?»
«Но почему сейчас?»
«Потому, что я разрешила?»
«— Ха. Сплошные загадки.»
Из размышлений Девон вырвал грохот и скрежет снаружи. Мосты поднялись и начали складываться.
«Нюансы незавершенного контракта подождут.»
Девон подошла к рычагам и потянула за один из них. Затем за еще один…
Подъем моста остановился и тот вернулся на свое место.
«Так. Но этого недостаточно. Любой дурак может снова сюда зайти…»
Ее взгляд зацепился за цепи, на которых держался весь подъемный механизм, как удачно, что они все были в рубке. Там, где за ними легче всего ухаживать.»
Девон подошла к цепям и, схватившись за них сломанной рукой, позволила черным когтям коснутся металла.
Миг.
Ничего.
Затем железо под ее рукой загорелось синим пламенем, еще миг оно и пошло хлопьями ржавчины, а не более чем через пару минут цепь лопнула, затем другая и еще одна.
Девон убрала руку чуть ее встряхивая.
— Все. Теперь оно выведено из строя и совершенно бесполезно. Осталось отыскать Эвана, но сперва.
Девон оторвала очередной кусок черной материи со звездным узором от своего плаща, что изрядно сократился и замотала в нее обнаженную руку.
Да, она была опасна для мира, но и мир был не менее опасен для нее. Особенно в ее нынешнем состоянии.
Уходя, она замерла перед телом Бородача. И начертила в воздухе простой знак. Правый глаз мужчины открылся, и чернота расплывшегося зрачка повторила начертанный символ, а затем снова вернулось в норму. Веко опустилось на свое место. Мужчина был жив и тяжело дышал, находясь в глубокой, отключи.
О нет, добивать она его не стала.
«Этому человеку ведь еще получать награду за проделанную им тяжелую работу.»
Смешок.
Коснувшись тени, она извлекла из нее теневую копию ключа, с шёлком открыла дверь, после чего тень ключа развёлся в ее руке, а она с усмешкой вышла наружу.
Грохот и отголоски голосов. Девон посмотрела на каменные врата. Ее волосы растрепались на ветру как перья птицы. Синие глаза сузились, меняя фокус зрения. Всматриваясь в темноту и кружащий в свете лун снег.
— Тц. А вот и подкрепление.
Основные силы псоглавцев преодолели завал и были на подходе к крепости.
Развернувшись на каблуках, она ускорилась по направлению к мостам. Набрав скорость, она с легкостью перепрыгнула на башню, словно ничего и не веселила, и в полете выискивая глазами знакомую зеленую куртку и шевелюру.
«Зная его удачу, он по уши в неприятностях и с баргесом, висящим у него на штанине.»
…
..
!
Эван нашелся довольно быстро, что уже было весьма неожиданно. Относительно целый, без баргеса на штанине, но в весьма любопытной компании.
Будь Девон человеком, она возможно усомнилась бы в собственных глазах.
Эван, несколько разбойников и псоглавцев замерли у края платформы и восторженно причитая, наблюдали за дуэлью Лиса и Хаунда у самого верхнего яруса конструкций моста. Площадка, на которой эти двое сражались, раскачиваясь, как качель, на подрезанных тросах, прикрепленных к ребру то и дело, зависая над пропастью, отчего зрелище становилось еще более захватывающим.
Вот и наблюдатели совсем забыли, зачем они вообще здесь собрались, и в какой компании оказались. То и дело восторженно причитали:
— Вы это видели? Видели?!
— Ай да наш атаман!
— Вот это мастерство!
— Так его капитан!
Сияющий от восторга Эван при этом иногда умудрялся комментировать особенно неочевидные приемы фехтования. Девон, подняв взгляд, была согласна, зрелище и правда стоит, и зрителей, и оваций… Но у них совершенно не было на это времени.
Недолго думая, она спихнула всю компашку с импровизированной наблюдательной площадки, а Эвана ей пришлось оттаскивать буквально за шкирку, восхищенный мальчишка отбивался, едва не плача от разочарования. Ей пришлось насыпать ему снега за ворот, чтобы он хоть немного пришел в себя. После серии визгов, неумелых ругательств и выуживания, тающего снег из-за пазухи. Эван соизволил ее заметить.
Из-за свиста ветра и общего грохота ей пришлось практически заорать ему на ухо.
— Нам нужно оказаться на той стороне раньше, чем вся эта конструкция рухнет!
Эван словно очнувшись от сна и залившись краской, согласно кивнул и побежал за ней.
Когда до лестницы, ведущей на площадку с мостами второго яруса, оставалось всего несколько метров им вновь преградили путь. Гончая приземлилась откуда-то сверху вместе с бездыханным телом одного из разбойников, смягчив себе приземление за его счет. Меча при нем не было, но был кристаллический стилет, который тот с хлюпающим звуком вырвал из бездыханного тела, уставившись на женщину и подростка.
— Эван ван Астра. — Прошелестела гончая. — Воплощенное Бедствие. Добыча!
Эван не успел среагировать, настолько быстро гончая бросилась на него, с окровавленным стилетом наперевес. Однако что-то массивное, но невероятно проворное выскочило из-за угла и, схватив гончую за шкирку, ударило его о металлическую балку, а затем с пол-оборота швырнуло его в пропасть.
— Добыча, но не твоя шавка!
Огромная мускулистая туша, меховой плащ — забрызганный жидким золотом, следы свежих побоев, ветвистые рога и полный ярости единственный глаз.
— Балагур. Только его здесь не хватало! — Сквозь зубы прошипел Эван.
— Это тот смутьян, с которого Лис спустил штаны во время представления? — Уточнила Девон.
И этого напоминания было достаточно, чтобы тот мигом разъярился.
— Эван ван Астра? Ха! Я запомнил тебя пацан. Дружок Лиса и его подружка. Вы у меня сейчас полетите…
За спиной великана маячило нечто пятнистое и не менее побитое. Тыкая в них двоих указательным пальцем без конца открывая и закрывая рот, но не издавая ни звука.
«Шут? Это он привел сюда Балагура? Но зачем?! Отомстить?»
Если бы Эван не был таким воспитанным, он бы выругался.
— Сухие баклажаны? — Подсказала ему Девон.
— Да нет, что похуже! — Эван выхватил из-за ножен сверкающего Сердцееда.
Девон издала звук, похожий на вздох, что-то затрещало под ее плащом.
А потом произошло… НЕЧТО.
Эван сперва даже не понял, что именно. Крики, грохот с крыши крепости и что-то на огромной скорости, и со свистом ветра, промелькнуло перед их глазами, и препятствия в лице рогатого громилы Балагура и Шута исчезли с их пути.
— Ась?
У музыкальных инструментов есть душа, изредка память, реже судьба. Вензинский клавесин не был исключением. Возможно все дело в шелршском дубе, из которого он был сделан. Или что более вероятно, в том, из чего это дерево выросло…
Так или иначе, судьбой этого инструмента было оказаться на перевале «Хребта змея» именно в этот вечер и покинуть его после первого же своего выступления.
Как он оказался там, где он оказался? Могло показаться загадкой. Но если проследить цепочку событий и обстоятельств, то никакой загадки в это не было и в помине. Лишь причины и следствия. Всего их было три.
Первое, эфирий — кусочек летучей породы камня, что позволили доставить его на гору, так и остались прилепленными к его основе. Отчего клавесин все так же был легким как чуть сдувшийся воздушный шарик, хотя и сохранял свою массу.