– Еще минутку, пожалуйста! – Ида поправила подол кружевной сорочки, которую шила для примы местного театра, и сделала шаг назад, придирчиво разглядывая результат бессонной ночи. – Вот теперь – все.
Она никогда не спрашивала, нравится ли ее работа. Это и так было понятно. Недовольных клиенток у Иды никогда не было. Удивительно, но факт. Всякая из тех, кто приходил в ее дом, чтобы получить нечто эксклюзивное, сшитое на заказ, исключительно для себя любимой, неизменно оставалась довольна. Хотя никогда не видела того, что делала Ида для других. Ведь ее творения имели особенность. Они были не для лишних глаз. Лишь для себя и тех, кому позволено будет увидеть.
Ида шила нижнее белье. И не простое. Она не признавала стандартов. Косточки, стандартный крой, избитые фасоны – все это было не об ее работе. К каждой клиентке Ида подходила индивидуально. Снимала мерки и тихонько бурчала себе под нос, если просили ее повторить какой-нибудь шедевр французских мастеров:
– А пойдет ли нам седло? Нет! Мы же не лошади! А я не шорник! Сбруя – это в другом месте! Здесь не конюшня! Нам нужно то, что украсит! А потому доверьтесь мне и не вертитесь!
Те, кто умел услышать Иду, получали от нее то, что приводило в восторг и трепет даже самых взыскательных. Когда она поворачивала к зеркалу клиентку, которая не могла понять, почему нигде не жмет и не давит, а спина вдруг перестает болеть, дар речи пропадал даже у капризуль. Оказывалось вдруг, что в наличии еще имеется талия, а грудь неожиданно становилась высокой и красивой. Но главным была осанка. Откуда-то появлялась та самая легкость, которая позволяла выпрямиться, расправить плечи и вернуть на мгновение ощущение молодости. То самое, давно забытое и утерянное, оно удивительным образом появлялось вновь, и Ида слышала то, что ожидала услышать:
– Ида, вы волшебница!
Тон клиентки, разглядывающей себя в зеркале, неуловимо менялся. Голос становился тише, глуше, спокойнее, и Ида радовалась.
Вот что давала ее работа. Радость! Ей самой и той, что стояла перед зеркалом, не зная его истории и того, откуда пришла к Иде эта способность радоваться малому и за кого-то.
А она это умела. Без зависти, без глупой фальши, без оглядки. Радоваться за ближнего так, чтобы становилось светло и тихо на душе.
Хотя, казалось бы, чему может радоваться человек, у которого все в жизни не так? Ни семьи своей, ни мужа, ни детей…
Соседи знали ее как бедную Иду. Она жила в доме, который видел прошлый век и был когда-то прибежищем для тех, кому больше некуда было пойти. Прадед Иды, богатый промышленник и владелец судоходной компании, построил когда-то этот особняк на краю города для своей невесты. Он долго искал ту, что сможет разбудить хоть какие-то чувства в его душе, закостеневшей от цифр и деловых оков.
Поиски затянулись. Не так-то просто оказалось найти любовь среди тех, кто считал, что состоятельность человека измеряется толщиной его кошелька. Невест хватало. Их привозили сами маменьки, мечтая породниться с человеком, который мог составить счастье не только дочери, но и всего семейства.
Однако прадед Иды не только умел вести дела. Он умел видеть людей. Без этого качества в деловых кругах делать было нечего. И от его взгляда не могло укрыться, что невестам был по душе вовсе не он сам. Они морщили хорошенькие носики, косили взглядом на часы, отбывая повинность под строгим взором матерей, и мечтали лишь об одном – убраться подальше от того, кого навязывали им.
Прадед Иды, Матвей Иванович, не был красавцем. Он был небольшого роста, почти лыс, сутул и невзрачен. Словом, в нем не было ничего такого, что привлекало бы внимание молодых девиц, жаждавших объятий от кавалеров совсем другого толка. Не понимать этого Матвей Иванович не мог. Вот почему в какой-то момент он принял решение оставить мечты о семейном счастье и полностью сосредоточиться на делах. Не суждено! Так думалось ему.
Но у судьбы были совсем иные планы.
С будущей своей женой Матвей Иванович познакомился в доме своего приказчика. Заехал на минутку, чтобы отдать жалование лично, так как приказчик хворал уже с неделю, а людей своих, особенно из приближенных, Матвей Иванович ценил и уважал.
Навстречу ему вышла девушка, которую ни разу он в этом доме не видел.
– Пожалуйте! Дядюшка ждет, – улыбнулась она гостю.