Алёна опять отстраняется.
– У нас что, правда с тобой всё серьёзно? – снова удивляется.
– Ты имеешь в виду секс?
Она кивает и краснеет. Ты моя девочка! Вот какой ты была до того, как с тобой всё это произошло!
– Конечно, у нас был секс. Мы с тобой уже почти полгода вместе. Что в этом плохого, если мы любим друг друга?
– Просто у меня есть принципы! Даже с учётом потери памяти, не понимаю, как я могла так быстро на всё согласиться! Ты не обманываешь, пользуясь моим положением? – спрашивает с подозрением.
Ух ты, да ты бы меня ещё к себе и на пушечный выстрел не подпустила, если бы мы встретились в нормальных условиях! Даже интересно стало.
– Я создаю впечатление плохого парня, который тебя может обмануть? Я тебе не нравлюсь? – задаю провокационный вопрос.
Она вдумчиво рассматривает моё лицо.
– Ну я бы так не сказала. Скорее, наоборот, внешне ты располагаешь к себе, – протянула она.
Усмехаюсь про себя. Уже неплохо для первого знакомства в новой жизни! Осторожно беру её за руку.
– Тебе противно моё прикосновение? – замираю, ожидая её ответа.
– Нет, но на большее не рассчитывай, пока я всё не вспомню.
– Всё-таки не доверяешь?
– Сергей, пойми, я проснулась, а со мной рядом незнакомый парень, которого я не могу вспомнить! Как бы ты себя повёл на моём месте? – поясняет моя девочка, и я понимаю, что она права, но как же хочется к ней прикасаться!
– Да, ты права, извини. Давай просто общаться, пока к тебе не вернётся память, – предложил на данный момент разумный компромисс.
Не буду грузить её настоящим, для этого придётся рассказать о страшных событиях, начиная с гибели её родителей, а я просто не представляю, как преподнести такую информацию! Но у меня имелись некоторые сведения из её прошлой жизни. Всё-таки Алёна мне кое-что рассказала, пока мы были вместе. Поэтому перевожу разговор на студенческие темы. Алёна с готовностью поддерживает беседу.
Зато мне представилась уникальная возможность пообщаться с Алёной из прошлого, маленькой девочкой, которая ещё не знала, что такое смерть и насилие, что такое проституция и стриптиз! Господи, какая же она была наивная и невинная! Мне кажется, что если бы мне встретилась такая Алёна, я всё равно бы влюбился в неё. Как же в жизни человека всё может кардинально измениться буквально в один день!
Принесли лёгкий жидкий суп. Помогаю любимой поесть.
Мы болтаем около часа. Она удивляется, как много я о ней знаю. Вижу, что теперь верит мне. Решаем немного подвигаться, как рекомендовал врач. Помогаю ей подняться, ходим по палате. Замечаю, что Алёна устала. Конечно, для первого дня пробуждения ей достаточно впечатлений.
– Давай приляжем, ты устала.
– Да, – соглашается любимая.
– Можно я просто лягу рядом?
– Хорошо.
Мы разместились на постели, я слегка обнял её.
– Всё нормально? – решил на всякий случай уточнить. – Тебя не смущает моя рука?
–Всё хорошо, – вздыхает она.
– Можно я тебя поцелую хотя бы в щёку? – осторожно спрашиваю. – Я так соскучился.
Молчит, не знает, что ответить. Что ж, воспользуюсь замешательством… Легонько касаюсь щеки губами.
– Такая нежная, сладкая… – шепчу ей на ушко. – Моя Алёнушка.
Её бархатная кожа и такой родной запах сводят меня с ума. Не могу отказать себе в удовольствии и прижимаюсь к её губкам. Она замирает в нерешительности, но и не отталкивает. Нежно целую. Заставляю себя отстраниться, нечего пугать девочку.
– Прости, не сдержался.
Она молчит, в смущении отводит глазки.
– Поспи, любимая, – шепчу ей, – я буду охранять твой сон.
Через несколько минут чувствую, как выравнивается её дыхание.
– Ты знаешь, – бормочет, засыпая, – наверно, я могла в тебя влюбиться…
Наследство
Алёна
Просыпаюсь от шума. Снизу раздаются звуки борьбы, ругань, крик матери. Вскакиваю с кровати и бросаюсь к двери. Звучит два выстрела, затем наступает минутная тишина. Замираю, боясь даже подумать, что произошло…
В ступоре стою посреди спальни. За родителей страшно, выйти ещё страшнее. Слышу тяжёлые шаги по лестнице… Явно, это не родители. В панике бросаюсь в ванную и закрываюсь изнутри. С резким хлопком распахивается дверь моей спальни.
– Где она? – произносит грубый мужской голос.
– Не могла уйти, посмотри под кроватью и в ванной.
Кто-то дёргает за ручку двери. Сижу на полу в углу, сжавшись в комок, зажмуриваюсь, как будто это может сделать меня невидимой…
– Красавица, сама откроешь, или немножко пошумим? – раздаётся издевательский голос.
Молчу в оцепенении, страх до такой степени сковал, что не в силах ни пошевелиться, ни что-то сказать.