В четыре утра я тихонько поскреблась в квартиру номер один. Никто не открывал. Я села на мрамор старых ступеней, опустила голову на руки, обнявшие колени. Тут Миша открыл. Присел на корточки рядом.
- Подземным переходом шла?- спросил он тихо, разглядывая синяки на щеках и шее.
- Нет. Город-Сити имеет свои закоулки,- невесело улыбнулась я. Протянула руки. Он поднял меня с ледяного камня. Понёс внутрь. Я подавилась словами и заплакала на его плече.
Глава 28. ЖЕСТЬ
- Ты странно пахнешь,- сообщила мне Юлька, поднимая красивое своё , модное лицо от моего паха. Горячее наше свидание уже смотрело на рассвет.
- Чем?- пьяно ухмыльнулась я.
- Сходи, пописай, родная,- она протянула мне тест на беременность. Я стала смеяться. Подозрительно долго. Догадывалась и так. Задержка - шесть дней. Достаточно, что бы даже неопытная девушка напряглась.
- Я позвоню своему гинекологу. Он подъедет, посмотрит тебя. Говорила я тебе. Мужики - только для денег. Одна гадость от них, - Юлька с отвращением смыла в унитаз положительный тест.
- Да. Редкий случай. С вашей двурогой маткой забеременеть обычным способом - поистине чудо. Жду вас завтра в десять утра. Постарайтесь решить, что мы делаем дальше,- ухоженный доктор плотно посмотрел мне в глаза. Явно заценил мой замечательный пирсинг.
- Всего триста евро, хороший мой,- усмехнулась я.
- Номер,- сразу, без паузы, спросил он. Хотела послать этого чисто вымытого господина подальше, но передумала. Назвала. Перевод прилетел через минуту. Я хотела встать из кресла.
-. Не спеши,- прошептал мой клиент. Опустил голову между моих ног.
Сидела в пустой холодной кухне в шубе, курила в форточку.
- Рассказывай,- предложил Миша. Зажег плиту и поставил чайник.
- Я беременна,- ответила я. Он поднял брови. Все-таки в первый раз за шесть лет нашего знакомства.
- От кого?- задал он законный вопрос. Я пожала плечами. Я знала от кого. Как всякая женщина.
- Что делать будешь?- он обдал кипятком большой розовый чайник. Насыпал туда чай и заварил. Накрыл полотенцем.
- Аборт,- что же ещё? Дурацкий вопрос.
- Чай?- спросил он.
- Лучше, водки,- серьезно попросила я.
- Ребёнку вредно,- сказал Миша. Не улыбался.
- Не смешно, - я затушила окурок, подошла к холодильнику. Налила половину чайного стакана водки, вытащила пальцами из большой банки соленый огурец. Тот манил меня ужасно. Выпила залпом. Закусить не успела. Еле до мойки добежала. Все вынесло из меня вон. Меня целый день тошнило от всего, кроме сигарет.
- Не хочет водки, бедолага,- прокомментировал Миша. Пододвинул мне ближе чашку с чаем.
- Я не хочу: детей, родов. Не дай Бог: замуж! Не хочу. Я хочу быть собой. Одной. Тем более не хочу быть матерью-одиночкой.
- Как было раньше, уже не будет никогда, - философски изрёк Миша, терпеливо выгребая из мойки остатки моей бывшей еды.
- Нет! Я вычищу ублюдка из себя во вторник. В среду уеду на Кубу. Моя подруга из Швеции желает меня видеть,- зло изложила я план. Принесла зубную щётку из ванной комнаты и стала яростно начищать вонючие, как мне казалось, зубы.
- Ляля. Мне кажется…
- Нет!
- Отец все же имеет право знать…
Я снова перебила. Встала перед его большой фигурой на табурете.
- Скажи честно, сбагрить меня решил? Спихнуть этому уроду имперскому? Миша, ну зачем ты так со мной? Он же запрет меня в четырёх стенах, станет брюхатить каждый год, пока все зубы не выпадут. Потом заведёт большой дом и будет трахать по углам молоденьких горничных и кухарок. Таскаться в свой клуб, хвастаться десятью своими отпрысками и смеяться над толстой, беззубой коровой, в которую я превращусь. Все его супер планы читаются на морде, как на доске. Я не хочу-у!- я заревела. Берг обнял меня и посадил на колени.
- Какой бардак у тебя в голове! Я никому тебя не отдам. Только, если сама захочешь,- Миша целовал меня в шею.
- Не отдавай, даже если захочу! Не отдавай, Мишка! Он долбил меня, держа за волосы сзади, я билась лицом о стекло. Видишь, лоб до сих пор синий?
- Я вижу, детка, вижу, не переживай,- он гладил меня по плечам.
- Да, я шлюха. Но, не хочешь, не трахай, никто же тебя не заставляет. Один насиловал. Другой смотрел. Миша! Как это может быть? Они же оба врали, что любят меня. Если ты любишь человека..- я завыла, резко выгнулась спиной назад. Мишка успел меня поймать, я не ударилась головой об пол.
- Хреновые дела,- последнее, что помню.