Сонька своё мороженое не успела доесть, но у эльфа был такой вид, будто без неё ему есть стыдно, и царственно кивнула:
— Давай.
— Купи шоколадного! — крикнула она вслед, когда Мишка как коршун устремился к киоску.
Шоколадное мороженое эльф съел с неменьшим удовольствием, чем клубничное, но успел взять себя в руки и теперь гораздо меньше напоминал довольного ребёнка.
Ребёночек. Сонька улыбнулась — он же на две головы её выше и года на два старше, а то и на все три. Но у неё уже и самой детство заиграла в одном месте. Что поделать, маленькой не наигралась, теперь вот в двадцать лет восполняет пропущенное.
— Пошли покатаемся, — она потянула эльфа к аттракционам, когда они доели по третьему мороженому. Сонька уже объелась, а эльф явно мечтал о четвёртом — хватит ему, ещё простудится.
О чём бы эльф ни печалился до её появления, сейчас его настроение заметно улучшилось, он легко пошёл за Сонькой. И на билеты не поскупился, не похоже, что у него проблемы с деньгами.
Первым стало колесо обозрения, Сонька на нём только в детстве каталась. И сейчас, поднявшись над верхушками деревьев, с азартом высматривала знакомые дома, показывала эльфу синюю ленту реки и свой любимый Заречный район за ней.
Ветер наверху трепал волосы, и Соньке пришлось собрать свою гриву в хвост, чтобы не мешали. Зато она наконец-то увидала уши своего эльфа — самые обычные, человеческие, только слегка оттопыренные, лопоухие. Ну, слава богу, хоть один недостаток, а то она уже начала считать его идеалом красоты. И объяснение слишком длинной для парня причёски нашлось — она отлично скрывает лопоухость.
Потом была карусель на длинных цепочках, педальный катамаран в искусственном пруду и американские горки.
На горках эльф совсем раскрепостился, опустил себя, хохотал и охал, а Сонька счастливо визжала.
Стемнело, зажглись фонари. Мишка перед самым закрытием киоска успел купить ещё два мороженых, и они снова сидели рядом на лавочке и наслаждались холодным лакомством.
Мороженое закончилось, и веселье эльфа как-то погасло, он стал тих и задумчив.
А Сонька, наконец, решилась:
— Миш, давай обменяемся телефонами.
— У меня нет телефона.
— Как нет?!
— Поломался.
И пока Сонька обижено хлопала ресницами, поднялся с лавочки.
— Извини, мне нужно идти.
И зашагал прочь по аллее, прямой, словно палку проглотил.
Ах, так!
Соньку затопила злость, смешанная с обидой. Что за оса его укусила? Всё же было хорошо.
Она упёрлась взглядом в удаляющуюся спину в белой футболке.
«Иди, иди. Меня здесь нет. Ты не видишь меня и не слышишь. Кроме тебя тут только собаки бегают — бездомные и здоровенные!»
Собак она выдумала из чистой вредности и ухмыльнулась с удовлетворением, когда Мишка-эльф нервно оглянулся, скользнул по ней равнодушным взглядом, не замечая, собак тоже не обнаружил и продолжил путь.
Совсем недавно Сонька была уверена, что не на шутку увлеклась загадочным лопоухим принцем, и её увлекательная игра в «поймай эльфа» начала перерастать в нечто серьёзное, а он оказался таким же точно как остальные представители отряда рогатых парнокопытных.
А это значит — игра продолжается. Сонька в лепёшку расшибётся, но выяснит, в каком это Туево-Кукуево водятся такие принцы.
Глава 4. Ведьма
Шёл эльф определённо не в сторону железной дороги. Дошёл до конца аллеи, свернул на узкую дорожку, ту самую, где чуть дальше произошло эпичное сражение с рыцарем и его друзьями.
Сонька шла сзади, особо не скрываясь, старалась не упускать из вида спину в белой футболке. Миша как-то слишком легко поддался внушению, но вдруг он так же легко из под него выйдет? Лучше не рисовать и не отводить взгляд. Ещё и фонари закончились, тут такая темень, что Сонька уже не очень понимает, куда они забрели. Натурально страшновато отстать и остаться одной.
Что-то долго они идут. Это уже больше на лес похоже, но за ограду парка они не выходили, бетонный парапет высотой по колено, через который нужно перелезать, невозможно не заметить.
Эльф вдруг остановился, скинул с плеча ремень спортивной сумки, наклонился, стал в ней что-то искать.
Сонька спряталась за толстенный ствол дерева, зачем — непонятно, ведь она по-прежнему держала внушение, непозволяющее себя заметить, и взгляда с эльфа не сводила.
А тот достал из сумки какой-то мягкий свёрток и зажёг странный круглый фонарик, положил его на землю, развернулся лицом к Соньке.
Фонарик давал достаточно света, чтобы различить его выражение — плотно сжатые губы, сведённые к переносице брови. Он словно сражаться собрался. С кем только?
А эльф вздохнул и потянул через голову футболку, щёлкнул пряжкой ремня и снял брюки.