Динка смущенно улыбается, радуясь похвале, но почти сразу хмурится. Пытливо смотрит на отца, прежде чем спросить:
— Теперь ты снова будешь уходить в ночь?
— Когда это потребуется, — кивает он, поправляя футболку. — Ты же знаешь, что работа с бумагами была временной...
— Лучше бы она была постоянной, — ворчит Динка. — Если тебя опять... — она осекается, прикусывая язык. Просит, всматриваясь в лицо отца: — Будь осторожней, а?
— Обязательно, — он снова с улыбкой тянется, чтобы потрепать Динку по голове, но не успевает. В комнату заглядывает мать. Замирает на пороге, прежде чем шагнуть внутрь и подойти ближе.
— Я так скоро ревновать начну. Ушёл будить дочку и пропал.
— Это потому, что я очень плохо просыпаюсь, мам, — с улыбкой отзывается Динка и отодвигается, освобождая место матери. Но та приглашением не пользуется, так и остаётся стоять.
— Раз сегодня все в сборе и никому никуда не надо, то предлагаю сходить куда-нибудь. Погода на улице прекрасная.
— Парк или... парк? — лукаво улыбается отец.
— А я хотела предложить семейный поход в кино или по магазинам.
— Причём здесь тогда хорошая погода? — поднимаясь с постели, уточняет отец и Динка тоже невольно улыбается. Ей нравится то спокойствие, которое дарят семейные разговоры ни о чем. И совершенно не хочется думать о существах, которые бродят по улицам ночами. О когтях, что вспороли бок отцу, и о тех, что бесполезными костями лежат на полках кунсткамеры. И больше всего не хочется думать, что вскоре отцу снова придётся выйти против этих монстров.
Поднявшееся было настроение снова немного портится. Динка трет основание мизинца, мимоходом отмечая практически зеркальное движение отца. Хмурится, но так ничего у него и не спрашивает.
У них с отцом одинаковое родимое пятно — тонкий ободок вокруг правого мизинца. Может непроизвольный рефлекс тоже один на двоих?
* * *
— Быстрее. Быстрее! — доносится до Динки голос Станислава сквозь шум крови в ушах. Она прикусывает губу, чтобы не огрызнуться, но подчиняется. Перепрыгивает препятствие, едва касаясь ладонью отполированного дерева. Пробегает по шинам, на этот раз даже не спотыкаясь ни на одной.
Эту чертову полосу препятствий она проходит уже не первый день и более-менее знает. Поэтому даже не думая, инстинктивно подныривает под «падающее бревно». Но тут же старается сосредоточиться.
Александр каждый раз добавляет что-то новое или меняет очередность. Динка сперва даже не думала, что такое возможно, но её быстро переубедили, дав по спине этим самым бревном, от которого она только что увернулась.
— Двигайся!
Снова Станислав. Он вообще любит командовать, в отличие от Александра.
Динка недовольно зыркает в сторону стоящей невдалеке команды в полном составе и едва не пропускает вылетевший из стены мини-таран. Уворачивается чудом. Влетает плечом в стену, но сразу выравнивается, уходя на поворот.
— А ты уверен, что вообще с этой копушей занимался, Сандра? — доносится сбоку комментарий Игната и Динка едва сдерживает себя от желания кинуть в его сторону что-нибудь тяжёлое. Припадает на колено, пропуская над головой деревянный шар. Стирает пот со лба, едва снова не попадаясь в очередную ловушку. Больно ударяется коленом и, чертыхаясь, успевает выхватить пистолет из кобуры на поясе. Стреляет в мишень, не особо целясь. Сейчас она не в тире, хотя и там они с Александром успели не раз побывать.
Взбежав по наклонной поверхности, не глядя прыгает вниз, надеясь, что чертов мат никто не утащил. Но вместо него внезапно плюхается в надувной бассейн, полный мелких шариков. В итоге больно стукается локтем об пол сквозь слишком тонкое дно, радуясь, что не головой. А вынырнув, встречается нос к носу с довольно скалящимся Игнатом.
— Чавк, и ты убита.
— Вылезай, Мышка, — советует Александр, в этот раз не подавая руку. Стоит неподалёку, прислонившись спиной к стене.
Динка дышит заполошно, жадно. Позволяет себе секунду передышки, поправляя пальцами выбившиеся из косицы мокрые от пота волосы. Затем всё-таки выбирается, потирая локоть и чуть прихрамывая — опять она где-то колено зацепила. Отходит в сторону, хмуро прикидывая, сколько новых синяков заработала за сегодня, и заставят ли её кроме полосы демонстрировать ещё и успехи в освоении рукопашного боя. Не хотелось бы – она и так вымоталась, но кто ж её спрашивать будет?
— Неплохо, – наконец замечает Станислав. — Молодец, Александр. Я знал, что на тебя можно положиться.
Тот только плечами пожимает. А Динка, не удержавшись, отворачивается от компании и задирает футболку, стараясь не особо светить телом. Хотя в таком состоянии ей уже почти всё равно. И вообще, на ней же есть бюстгальтер, а подтянутый живот теперь наверное и продемонстрировать не стыдно. Она вытирает потное лицо подолом и, развернувшись, тянется к оставленной на скамейке бутылке.