Тряхнув головой, отгоняя непрошеные воспоминания, Динка возвращается в реальность. Уменьшает огонь под кастрюлькой и снова заглядывает в бабкин блокнот в поисках рецептов. Проводит пальцем по пожелтевшим от времени страницам и вновь непроизвольно окунается в прошлое.
...Солнце греет спину, а из распахнутого настежь окна тянет свежестью, запахом мокрой листвы и прибитой дождём пыли. Гроза лишь краем зацепила деревеньку у кромки леса, но ливануло знатно, сухая земля не смогла впитать всю выброшенную небом воду, оставив тут и там неглубокие лужицы. Динка бы вышла погулять, но то, что творила на кухне бабушка, всегда было гораздо интересней.
- Бабушка, а мы пойдём пополнять твои запасы? - интересуется Динка, сидя на стуле и болтая босыми ногами, едва касающимися тёплого деревянного пола. Косится в окно на обласканную солнцем яблоню и забор за ней. Там, за забором, вдалеке начинаются поросшие травами поля и перелески. Идти туда долго, но не скучно - за это время бабушка всегда успевает рассказать что-нибудь интересное.
- Обязательно, но не сегодня, - отзывается та, не оборачиваясь. - Сегодня у нас другие дела.
- А какие? - Динка спрыгивает со стула и с любопытством делает шаг к печке, где закипает в кастрюльке вода. Вытягивает шею, чтобы посмотреть, что за травы принесла бабушка с чердака. Динка уже умеет их различать – и по виду и на запах и то едва уловимое ощущение, которое остаётся, даже если травинку растереть в пыль.
- Подойди сюда, - обернувшись, манит бабушка с хитрой улыбкой, и Динка послушно подходит ближе. - Сегодня я покажу тебе настоящее волшебство...
Динка снова сосредотачивается на рецептах, записанных на ветхих страницах ровным убористым почерком. Какие-то она помнит наизусть, некоторыми и вовсе пока не пользовалась. Ближе к концу, есть и парочка тех, которые Динка придумала сама. Когда грусть после смерти бабушки немного поутихла, ей захотелось вновь вспомнить те счастливые деньки и их общие маленькие тайны. Так Динка уже сама стала собирать травы и варить сборы, иногда с довольно странными свойствами. В очередной раз обнаружив её с крапчатой от внезапной аллергии кожей или изменившимся оттенком волос, мать ворчала, а потом уже откровенно запрещала и ругала это необычное для городского ребёнка хобби. Отец наоборот, не препятствовал и иногда тайком помогал. Благодаря ему, бабушкиным записям и собственному неуёмному любопытству Динка сумела многому научиться, и даже кое-что изобрести. Правда, проверять новоизобретённое приходилось тоже на себе, так что ей ещё повезло, что обычно оно не причиняло особого вреда. Но очнувшись как-то раз после беспробудного двухсуточного сна в больнице рядом с перепуганной матерью, Динка решила прекратить эксперименты. Вернее ей пришлось, потому что все её травы мама со скандалом выкинула. И теперь даже самые безобидные травки приходилось протаскивать в дом едва ли не контрабандой и в тайне хранить у себя в комнате.
Сейчас она собиралась варить уже знакомые зелья, делала их раньше для тренировки, но уже довольно давно, поэтому стоило свериться с рецептами. Всё-таки обеззараживающие и ранозаживляющие отвары в обычной жизни требуются не так уж часто, при царапинах проще обойтись аптечными средствами. Любая ошибка скажется на эффективности средства, поэтому Динка косится одним глазом в блокнот и в ковш нужные травы отправляет с некоторой заминкой. В виде мази или геля эти снадобья были бы куда эффективнее, но сейчас на это нет времени, да и процесс слишком трудоёмкий. Она редко такое делала, даже когда активно практиковалась с бабушкиным блокнотом.
Услышав бульканье закипевшей воды за спиной, Динка разворачивается, чтобы убавить огонь и поставить ковш на водяную баню. Смотрит, как по поверхности воды расплывается крошево перемолотых сухих трав, и непроизвольно представляет себе старый бабушкин дом. Только вместо печки видится ей большой котёл на открытом огне и побулькивающее зелье с торчащей из него длинной деревянной ложкой.
«А вокруг котла прыгает карикатурная ведьма из мультиков в чёрной остроконечной шляпе и с крючковатым носом, на котором торчит безобразная бородавка» - одёргивает себя Динка, качая головой. Ей странно даже думать о том, чем она занимается, как о ведьмовстве и магии. Настоящая магия где-то там, в книжках с волшебными палочками и пентаграммами, а тут она просто… просто делает что-то, слегка выходящее за границы привычной для большинства людей картины мира. Ничего особенного, только обхватывает горячий ковш руками, вернее держит их в воздухе в сантиметрах от раскалённого металла. Касаться его ладонями Динка не собирается, хотя бабушка и учила, что для лучшей передачи энергии нужно прикосновение, но руки ей дороже. Тем более что и без касаний сделанный для отца восстанавливающий силы отвар оказался вполне действенным.