- Да, точно, - с грустью посмотрела на него. Понимала, что наша дружба с ним закончится здесь и сейчас. Надеюсь, что мы хотя бы приятелями можем остаться.
- Давненько мы с тобой не виделись, Давыдова, - усмехнулся парень, и схватил меня за руку.
- И правда давно, - аккуратно потянула свою руку назад.
- Да ладно тебе, детка, я соскучился, - как-то слишком громко сказал Егор, а затем резко притянул меня к себе. Попыталась отстраниться, но он совсем обезумел. Крепче перехватил и поцеловал меня в губы. Получилось смазано, потому что я успела увернуться в последний момент.
Это. Что. Такое.
Начала вырываться, но тут Егор резко отскочил сам.
Игнатов, который каким-то образом появился рядом в самый нужный момент, со всей силы ударил того по лицу.
Из носа брызнула кровь.
- Да я, да я, тебя… - плевался ядом Егор.
- Что ты? - усмехнулся Кир.
- Я тебя засужу, скотина. Ты - преподаватель, не имеешь права бить студентов, - заорал, как истеричка, Дроздов.
- Попробуй, я тебя просто уничтожу за то, что ты пальцем прикоснулся к моей женщине. И для твоего сведения, я уже не преподаватель, а ты после выпуска перестал быть студентом. Вали отсюда, пока я не добавил тебе.
- Да пошел ты! - проорал Егор и действительно ушел. С облегчением обернулась на Кира. Я знала, что он со мной. Он не бросит меня одну с любыми проблемами.
Обняла его за талию и прижалась щекой к груди. Его сердце билось, как сумасшедшее.
- Что за херня, Алина? - Игнатов был в ярости. И ярость эта была направлена на меня. С удивлением отстранилась. - Значит ты все-таки с ним? И любишь ты тоже его?
- О чем ты вообще говоришь? - не знала как реагировать. Он же меня защитил. Что происходит?
- Скажи мне, Аля, ты знаешь о том, что я совладелец «Медиакита»? - зло проговорил Игнатов.
- Да, я… Но, - смотрела растерянно, не понимая откуда в нем столько злости, направленной на меня. У меня самой было много вопросов к Кириллу, но он и слова не дал вставить, упиваясь своей обличительной речью.
- Ты специально втерлась ко мне в доверие, чтобы занять в журнале сразу руководящую должность. Притворялась милой, доброй, влюбленной. Глазами своими зелеными хлопала, завлекая в свои сети, и в итоге завлекла, - с каждым словом он наступал на меня все ближе и ближе, пока окончательно не припечатал меня к стене одного из зданий университета. Мы стояли в отдалении, скрытые кустарником от возможных прохожих и свидетелей этого разговора.
- Послушай, дай мне… - возразила слабо.
- Все, что мог и даже больше, я тебе уже отдал. Теперь говорю я, - а в это время его руки по обе стороны от моей головы заключили меня в такой надежный прежде и душащий сейчас капкан. - Ты дерзила и грубила, - его лицо приблизилось ближе. - Ты обнимала и целовала, - еще ближе. - Ты была желанной и манящей, - и когда его губы коснулись моих в долгожданном мучительном поцелуе, который я ждала с замиранием сердца, не осознавая, что в данный момент происходит, тогда он завершил. - Ты даже переспать со мной не постеснялась, добиваясь своего. Не стошнило терпеть занудного профессора, принцесса-лжи? Со своими дружками-одногруппниками тоже спала? Или не стала, потому что от них нет никакой выгоды?
- Да я же… Ты же… Первый и ты же знаешь, что мы… Ты и я…- в растерянности я пыталась хоть как-то найти выход из сложившейся ситуации.
Он поцеловал меня еще раз, в этот раз дольше, глубже, мучительнее, словно наказывая и меня, и себя за сказанное, но я отскочила от него, будто меня одновременно обожгли огнем и окатили холодной водой.
Руки дрожали, а глаза горели. Искренне не понимала причины такого поведения, и если за предыдущие слова еще можно было простить Кирилла, то последняя фраза перечеркнула все, что между ними было и могло бы быть.
- А что же ты, Игнатов? Понравилось трахаться со мной на спор? Свое получил и теперь можно меня грязью поливать?
- О чем ты говоришь, Алина? Не пытайся переключить свои косяки на меня.