Габриэль вопросительно посмотрел на Эльзу — та настолько задумалась, глядя на картину на стене, изображавшую бурю на море, что пропустила слова дворецкого мимо ушей. Заметив, что Габриэль смотрит на нее, Эльза опомнилась и ответила:
— Ничего… пока ничего. Спасибо.
Дворецкий с достоинством отдал им очередной поклон и вышел из гостиной. Габриэль подошел к вазе с нарциссами и некоторое время смотрел на цветы, словно пытался вспомнить о чем-то и не мог.
— Как тебе дом? — спросил он: не потому, что ему было интересно — просто чтоб переключиться от одних мыслей к другим.
— Красивый, — ответила Эльза. — Очень похож на тот, в котором я жила с родителями.
— Мое предложение в силе, — Габриэль опустился на диванчик и похлопал ладонью по серому шелку обивки, расшитому пышными розами и пионами. Эльза села рядом, и Габриэль продолжал: — Подумай, не отказывайся сразу. Мне в самом деле будет приятно это сделать.
Эльза вспомнила, как в юности любила петь, и ее голос летел по всем комнатам дома — звонкий, веселый, у нее даже сложный сонет Тарквини получался, а это вам не шутки, не каждая оперная певица справится. Но потом в ее жизнь пришел Гектор Сандини, и с тех пор она больше не пела. Сжала душу в кулак, пошла работать, и все песни остались только в воспоминаниях вместе с мечтами и надеждами. Она уже давно не заглядывала туда, где все это хранилось. Незачем.
— Спасибо, но это слишком дорогой подарок, — ответила Эльза. — Племянник короля может его подарить, но костоправша… костоправша его принять не может.
Габриэль вздохнул. Взял Эльзу за руку, уже привычно стал гладить ее пальцы. Прикосновение было мягким и любящим, и Эльза ощутила укол стыда.
— Здесь очень хорошо, правда, — сказала она и добавила: — Я все-таки съезжу к себе, заберу вещи.
Габриэль кивнул и, сунув руку в карман, протянул Эльзе чековую книжку. Кожаный переплет украшал королевский герб: лев в обрамлении дубовых ветвей. Эльза вопросительно посмотрела на нее, и Габриэль объяснил:
— Купи все, что потребуется. Насколько я помню, твои наряды сгорели в поезде.
— У меня не так уж и много нарядов, — ответила Эльза. Когда тебе приходится выживать и пробиваться на вершины своего ремесла, добиваясь всего своим трудом, то ты меньше всего будешь думать о нарядах. Габриэль снова кивнул.
— Я помню, — ответил он. — Не стесняйся, ты благородная девушка и должна выглядеть соответствующе. Как леди, спутница королевского палача, раз уж ты об этом заговорила.
Баронесса Маргжетта посоветовала бы Эльзе не робеть и отвести душеньку, нарядившись по последней моде. Королевский палач не обеднеет, если его любовница купит себе платья из последних модных коллекций. Должно же быть в ее жизни хоть какое-то удовольствие?
— У меня погибло все, что нужно для массажа, — ответила Эльза. — Я лучше куплю кремы и масла. Это намного полезнее.
Габриэль рассмеялся. Приобнял ее за плечи. Эльзе вдруг показалось, что сегодня он выглядит совсем другим — каким-то легким и беззаботным, каким просто не положено быть королевскому палачу и Привратнику Смерти. Возможно, на нарциссовые поля под красным небом неожиданно пришла весна…
— Ты такая милая, Эльза, — сказал он и добавил, поднявшись с диванчика: — Не стесняйся, очень тебя прошу. Бери все, что сочтешь нужным. Я сейчас еду в одну из больниц, после обеда вернусь.
— Хорошо, — кивнула Эльза и добавила: — Тогда и возобновим наши сеансы.
Габриэль усмехнулся и дотронулся до шеи. По его лицу пробежала неприятная гримаса и исчезла — должно быть, мышца решила, что ее оставили в покое, и принялась за старое.
— Да, шея болит, — ответил он. — Возьмись за нее, как следует.
Когда Привратник Смерти ушел, Эльза некоторое время сидела неподвижно, пытаясь справиться с тем, что ее жизнь изменилась в очередной раз. Раньше Эльза была любимой дочерью в любящей семье, потом сиротой и невестой подлеца, видевшего в ней только плоть, потом лучшей столичной костоправшей — и дорога закончилась в спальне королевского палача. Эльза стала любовницей и содержанкой самого страшного человека в стране.
Баронесса Маргжетта сказала бы, что не следует отчаиваться и переживать по таким пустякам — надо ловить собственные выгоды. Например, впервые за несколько лет потратить деньги не на квартиру и средства для массажа, а на наряды и украшения. Купить платье от Сальветти и подвеску с бриллиантами. И сережки, и браслет, и туфельки. И ридикюльчик, маленький, расшитый золотыми нитями.
Ломбард работает всегда, в конце-то концов.