Мы сидели в уютной кухне , и вечер начинал наполняться лёгким настроением. После ужина, немного расслабившись, Максим с улыбкой произнес:
— Ну что, пора сыграть в мою игру!
Я вздохнула с легким недоверием, но в то же время мне стало интересно.И еще мне становится сучно в этом доме целый день .
— Какие правила? — спросила я, поднимая бровь.
— Всё очень просто. Мы будем задавать друг другу вопросы, и за каждый неправильный ответ — выпиваем вино, — произнес он с ухмылкой. — Ну же, ты же смелая и правдивая, давай.
— Хорошо, но никаких тупых вопросов, — ответила я, готовясь к играм.
— Согласен. Я начинаю! — произнес он, поднимая свой бокал. — Скажи, у тебя был парень когда-нибудь?
Я слегка напряглась и, хотя вопрос был простым, решила быть честной.
— Нет.
Максим, однако, только усмехнулся.
— Врёшь.
Я почувствовала, как меня охватывает лёгкое раздражение.
— Какой смысл играть, если ты не будешь мне верить? — сказала я, уже не в силах сдержать эмоции.
— Хорошо, хорошо, — с хитрой усмешкой произнес он. — Ты пока выигрываешь.
Я не знала, как на это реагировать. Может, это и в правду была игра? или у него какой то план .
— Теперь моя очередь, — произнесла я, наполняя свой бокал. — Сколько девушек у тебя было?
Он поднял бровь, усмехнувшись.
— Уточни вопрос, детка. Сколько в постели или сколько отношений?
Его слова вызвали во мне смешанные эмоции. Я не ожидала такого ответа и ощутила, как внутри меня что-то зашевелилось. Это могло быть ревностью, но я не была уверена.
— Как бы то ни было, я рад, что тебе интересно узнать о моих личных отношениях, — сказал Максим, его голос стал более серьёзным.
Я притянула к себе бокал, чтобы отвлечься от своих мыслей и успокоить нервозность. Это создавало умиротворяющую атмосферу, но его фраза задела меня.
- не было, ты первая пренцесса в моей жизни - с какой то насмешливой усмешкой скзал он - и да раслабся .
— Если бы ты не задавал такие вопросы, может, мне было бы легче расслабиться, — ответила я, пытаясь не показать, что его слова подействовали на меня и я не могла понять что именно .
Он лишь искренне улыбнулся, будто понимал, что находится на тонкой грани между игрой и реальностью.
— Ладно, тогда я не буду тебя мучить. Продолжим! — предложил он и, не дождавшись ответа, поднял бокал. — За смелость!
Я не могла не отпить в ответ, но в то же время думала о том, где проходит граница между игрой и реальностью.
Мы выпили первый бокал просто так, и атмосфера начала наполняться легким волнением. Я старалась расслабиться, но Максим, казалось, чувствовал себя всё более уверенно. Он с ухмылкой посмотрел на меня.
— Ладно, следующий вопрос, — произнес он, облокотившись на стол. — Ты получаешь удовольствие от меня?
Я, не раздумывая, ответила:
— Нет.
Его ухмылка только усилилась.
— Ложь. Пей. Ты именно сегодня получила огромное удовольствие, — заставил он меня ощутить себя в ловушке.
Я почувствовала, как меня охватывает раздражение.
— Это не честно, — стиснув зубы, произнесла я, но он не собирался сдаваться.
— Это очень честно. Пей.
Я вздохнула, понимая, что он пытается меня запугать, создавая давление. С его стороны это было игриво, но для меня – не совсем. Мне было неуютно от такой манипуляции.
— Ладно, — произнесла я, поднимая бокал.
— Неважно, — ответил он, наблюдая за каждым моим движением. — Теперь твой вопрос.
Я остановилась на мгновение, искренне задумываясь, какой вопрос задать, чтобы вернуть инициативу.
— Почему ты плохо относишься к своему папе? — выпалила я, не ожидая, что это окажется таким резким.
На мгновение его лицо изменилось, и я заметила, как искорка гнева пробежала в его глазах.
— Это не твоё дело, — тихо, но с силой произнес он, будто не желая углубляться в эту тему.
Я почувствовала, как между нами нарастает холод, как будто весёлый вечер сменился на что-то более тёмное и глубокое. Он сразу поменял лицо и я пожелела что спросила об этом .
— Извини, — начала я, раскинув руки. — Я просто хотела понять.
— Знать и понимать — не одно и то же, — холодно ответил он, а затем быстро сменил тему. — Вернёмся к игре? Ты ведь не хочешь ещё бокал?н
Максим отвел взгляд, и я ощутила, что проскользнула на тонкий лёд, который держит нас так близко, и в то же время обрывается.