— Уходи отсюда, — сказал Максим, глядя на меня с выражением, в котором смешивались гнев и усталость. Но я все еще смотрела на его руку, с которой текла кровь, и не могла понять, что происходит.
— Ты вообще в своем уме? — выкрикнула я, встревоженная. — Давай, пойдём в ванную, и я обработаю твою рану.
— Лена... — начал он, но я перебила его, не позволяя ему продолжать.
— Заткнись и пошли, — настаивала я, резко развернувшись в сторону ванной.
Я уже не могла терпеть. То, что происходило, было слишком странным и тревожным. Я сама не понимала, почему так волнуюсь о нем, но желание помочь было сильнее всего. Я услышала, как он вздохнул, и почувствовала, что он снова пытается как-то уклониться от этой ситуации, но я не собиралась его слушать.
Он шагнул следом за мной, и я почувствовала, как в воздухе витает напряжение. Мы вошли в ванную, и я включила свет, чтобы осветить его лицо, которое выглядело измученным.
— Сядь, — сказала я, указывая на край ванной. Он неохотно послушался, но я знала, что ему это не нравится. — Дай мне посмотреть.
Собравшись с силами, я подошла и осторожно прикасалась к его руке, чтобы увидеть рану. Он дернулся, но я быстро сказала:
— Успокойся, я не буду делать больно!
— Я же говорил, что все в порядке, — произнес он, но в его голосе уже не было прежнего пренебрежения, только боль и растерянность.
— Дай мне стать твоим врачом на одну ночь и помочь тебе с раной, Максим, — произнесла я, полная решимости. Я не могла просто сидеть и наблюдать, как он страдает, даже если он сам этого не осознает.
— Моим врачом? — сказал он с ухмылкой, и в его голосе звучала ирония. — Ну давай, лечи меня, принцесса.
Внезапно он схватил мою руку и приложил ее к своей твердости. Я замерла, полный шок охватил меня. Какое-то мгновение я была просто безмолвной. Это невозможно! Даже в таком состоянии он продолжает думать о том, что неуместно.
— Ты неисправен, — произнесла я, вырывая руку. — Отпусти мою руку, мне нужно...
— Я знаю, что тебе нужно, Лена, — с легкостью произнес он. Успокойся.- И если хочешь мне помочь, можешь сделать массаж мне.
Этот легкий тон, его игривость, уже начинали меня бесить. Я чувствовала, как краснею, и это было совершенно неуместно для такого момента.
— Перестань, Максим! — воскликнула я, ощущая, как внутри нарастает раздражение. — Отпусти. Где твоя аптечка?
— В верхнем шкафу, — произнес он, хотя на его губах все еще играла та же ухмылка.
Я бросила на него сердитый взгляд и не успела подумать, как он снова дернул за мою руку, удерживая меня ближе к себе.
— Я имею в виду это всё всерьез, — сказала я, все еще борясь с нарастающим чувством вины и расстройства. — Тебе нужна помощь!
Максим открыл шкафчик, и я быстро отстала от него в поисках аптечки, должна была сосредоточиться на его ране и забыть о том, что его присутствие влияет на меня.
Когда я наконец нашла аптечку, я повернулась к нему, и он уже глядел на меня с такой смесью благодарности и teasing’а, что мне стало еще труднее.
— Так, давай, принцесса, делай свое волшебство, — произнес он, и в его голосе опять прозвучали фальшивые задор и легкость.
Я с легким упреком переглянулась с ним, пытаясь не поддаваться его игривости.
— Сейчас не время для шуток, — ответила я, открывая флакон с антисептиком. — Нужно продезинфицировать твою рану.
Он посмотрел на меня с поддразниванием, и мое терпение начало иссякать.
— Просто дай мне сделать то, что я хочу, — произнесла я, стараясь сохранить серьезность.
Он кивнул, и я отправилась лечить его рану, но в голове моем все еще крутилась мысль о том, как в одном мгновении он может быть чудовищно неразумным, а в другом — невероятно привлекательным.