Малая боль? Малая боль, говорили вы, ковенер Ардей?!
Глава 3.
Ардей Клейн
В сознание он пришёл первым. Закашлялся, чувствуя, как саднит пересохшее горло, пытаясь вспомнить, что же произошло. Приподнялся на руках, ослабевших, подрагивающих, впервые за долгое время чувствуя, как ноют мышцы. Стряхнул прилипшую к губам прядь влажных волос.
…не его волос. Эти волосы были светлые.
Муть в глазах таяла медленно, неохотно.
Ардей напрягся, пытаясь встать – дёрнулся в сторону и скатился вниз, ударился об пол. Память тела сработала быстрее – он всё же поднялся, зачем-то принимая боевую стойку. Остановился, огляделся, вспоминая всё, что предшествовало потере сознания.
Уставился на всё ещё стоящий неподалёку артефактный камень. Тот казался совершенно точно таким же, как раньше, разве что его покрывал тонкий слой сероватой пыли. Высший подошёл, нетвёрдо ступая, медленно вытянул руку, пытаясь ощутить веяние тёмной силы. Ничего. Но, возможно, дело не в камне, а в нём самом? Что-то случилось с ним. Но почему? Всё было продумано. Ритуал не должен был сорваться…
Только тогда он посмотрел на девушку, мельком, краем глаза отметив сидящего у противоположной стены вроде бы невредимого кота. Странно, что мелкая тварь ещё жива. Возможно, перемалывающую в труху боль, чудовищной силы магический выплеск чувствовал только он один.
Девушка всё так же лежала на спине на алтарном камне с закрытыми глазами, и если бы не слабо вздымающаяся грудь, он мог бы подумать, что её уже нет. Волосы прилипли к щекам и плечам, губы и кожа казались серыми. Высший оглядел её, не упуская ни единой детали, вплоть до засохшей кровавой полоски с примесью мутно-белого семени на внутренней стороне бедра.
У него не получилось..? И что теперь делать дальше?
Почему-то о таком варианте развития событий он не подумал. Не продумал, что ему делать в этом случае.
…вероятно, то же, что и в случае удачного исхода.
Бежать из ковена. Есть маленькая доля вероятности, что артефакт остался неповреждённым, но скорее всего его сила просто ушла. Рассеялась. Отвергла его тело, по какой-то случайности оставив его неповреждённым…
Девушка закашлялась, заворочалась. Ардей нахмурился.
Всё шло не так!
Он торопливо оделся, поднял с земли кинжал. Оставлять в живых Гвендолин было нельзя. Он слишком, непростительно увлёкся. Восемь лет воздержания после смерти Адели дались ему непросто, и хотя в девушке не было ничего, что нравилось ему в женщинах, её неуверенные неумелые прикосновения, горящие синие глаза, мягкость кожи, податливая влажность рта, нетронутая узость лона заставили его потерять над собой контроль. Для ритуала не нужно было кончать в неё, только пара капель девственной крови, пролитой на алтаре. А он...
Он увлёкся, а теперь его могли найти по оставленному в ней и на ней семени. Вообще-то, адептку следовало убрать в любом случае, но он не планировал тратить много времени на это. Теперь же…
Ковенер Ардей склонился над девушкой, вспоминая продуманный до мельчайших мелочей маршрут отступления. А стоит ли отступать, если он проиграл?
Стоит.
Пока он жив, всё ещё может измениться. Он дал клятву: Адели, себе и тьме над головой. Нельзя опускать руки даже после такого досадного поражения.
Ардей сжал руку на рукояти кинжала, выбирая точку удара. Профессиональным убийцей он не был, но почему-то причинять девушке лишнюю боль не хотелось. С неё достаточно. Он убьёт её быстро, так, чтобы она ничего не почувствовала. Проще всего перерезать горло.
Во сне её лицо казалось таким расслабленным. Губы чуть приоткрылись, он увидел припухлости в уголках рта – даже брать в рот ей, очевидно, ранее не приходилось. Высший провёл пальцем по её пухлым губам, почти коснулся россыпи веснушек на груди, потёр мягкий тёмно-розовый сосок, чувствуя себя… странно.
Ему нужно поторопиться. Момент для проведения ритуала был выбран удачно, о наличии артефакта в ковене знали только двое – высший ковенер Иртус, его наставник, и он сам, но Иртуса срочно вызвали в столицу. Наставник доверил ему перевозку артефакта… Королевская стража прибудет к семи утра. Сейчас, должно быть, около полуночи – часов в Багряном зале, разумеется, не было, но обычно Ардей чувствовал время, ошибаясь максимум на пару десятков минут.
Перерезать девушке горло, сжечь тело, наложить охранные чары на дверь, покинуть ковен. Всё это могло занять около часа. Шесть часов – фора неплохая для беглеца, но не следовало расслабляться. Он не в форме.