Закончив с перекусом, наш класс потянулся в сторону раздевалок… на мою «любимую» физкультуру.
Быстро переодевшись в чистенькой раздевалке, мы с Наткой первыми потянулись в сторону зала.
Обычно он до звонка был закрыт. С физруком у нас шутки плохи. Но сегодня кто-то уже дурачился в спортивном зале, разминаясь в баскетбол. Я услышала характерный звук чёткого попадания в баскетбольную сетку ещё на подходе к двери.
Естественно, что любопытство взяло верх, и мы с Ефимцевой заглянули в зал.
Увиденное настолько меня поразило, что я рот от удивления открыла.
– А эти чё тут делают? – задала мой вопрос Ефимцева, тыча пальцем в сторону одиннадцатого «Б».
Наглые выпускники, одетые в спортивную форму, дурачились в баскетбол. Сильная половина класса. Девочки-припевочки подпирали стенку во главе с королевой гимназии. Наверное, практиковались в навыках, которые собирались применять в будущем. Пф!
– Чего встали? – подал голос поразительно улыбчивый сегодня Владислав Евгеньевич. Наш молодой физрук… и да – сын Евгения Викторовича! Мы его даже не заметили у дверей, сразу определяя в разы большую угрозу. – Заходим. Что касается твоего вопроса, Ефимцева. «Эти» тут потому, что в зале, в котором они должны сейчас заниматься по расписанию, прорвало трубу. Пока там всё будут приводить в порядок, мой зал на эту неделю превращается в проходной двор… – говорил Евгеньевич всё это так радостно, что нам даже как-то не по себе стало.
Просто мы знали, насколько наш физрук щепетилен. У Владислава Евгеньевича весь инвентарь хранился рядком. Всегда был начищен, как у кота причиндалы! Учитель строго следил, чтобы с мячами, скакалками, гимнастическими матами, и так далее по инвентарному списку, его ученики обращались бережно. И никогда не давал в прокат своему напарнику. А тут аж в зал пустил!
«Зал – казённый, а не его частная собственность! – скажет кто-то. – Раз второй «кабинет физкультуры» вышел из строя, директор обязан обеспечить другой кабинет!»
Директор – да. Но не физрук. В прошлый раз, когда во втором зале прорвало трубу (как заколдованную, честное слово!), физкультуру у ребят просто отменили. А сегодня… Вот это вот!
Мы с Натальей дружно повернули головы в ту сторону, куда улыбался Владислав Евгеньевич, чтобы через мгновение понимающе посмотреть друг на друга.
«Пф! Нина Михайловна! Новая учительница! Красотка, которую взяли на место недавно ушедшей на пенсию Ольги Николаевны. Конечно! «Ниночка», которую все называли исключительно так, исключительная красавица! Как такую не пустить… «попользоваться своим добром»? Ха-хах!»
– Смешно, да не очень, – прокомментировала вслух свои мысли, покосившись на пробегающих ребят, среди которых, ловко уворачиваясь, с мячом в руках летел Воробьёв.
В три прыжка Димка подобрался к кольцу, прыгнул и попал мячом точно в цель.
– Молодец, Димочка, – захлопала в ладоши Ниночка.
«Как маленькая, ей Богу…» – поморщившись, стиснула челюсти.
Тут Воробьёв огляделся и, заметив меня, подмигнул, довольно скалясь.
«Дурак…»
Обиженно скрестив руки на груди, отвернулась.
– Орлова, – присвистнул кто-то. – Ничего себе у тебя буфера! Как такое можно прятать под своими толстовками?! На костёр тебя надо!
Парни загоготали, а я с красным от стыда лицом, опустила руки вниз.
«Как я могла забыться от одного подмигивания?! Зачем сложила руки?! Дурацкие комплексы! Дурацкая четвёрка!»
– Ребятушки… за такую шуточку с каждого по пятьдесят отжиманий, – усмехнулась Ниночка.
– Нууу…
– Пошутить прям нельзя!
– А мне за что?! Я даже не смеялся?!
– За «надом», – ответила с милой улыбочкой молодая учительница. – Чтоб думали в следующий раз, когда женщин на костёр посылаете. Упор лёжа принять!
С тихими возмущениями одиннадцатиклассники опустились на пол.
Владислав Евгеньевич, наблюдая за этим восторженно цокнул языком.