– Думаешь, выпрямила свои лохмы, и Димка в тебя влюбится?
– Шла бы ты отсюда, белобрысая, – поморщилась Наташа, выразительно варварски наколов котлету на вилку, – … пока цела.
– Закрыла рот, ботанша. Я не с тобой разговариваю.
– Что-то разговора я никакого не слышу. Лишь борзое гонево.
Презрительно зыркнув в сторону Ефимцевой, Кристина повернулась ко мне. Видимо, вознамерилась Натку игнорировать. Словарного запаса бодаться с моей красоткой у Поповой маловато, поэтому она решила перейти к сути, а именно вывести противника из душевного равновесия.
– Так вот. У тебя ничего не получится! Димка – мой парень! А ты – всего лишь жирная толстуха, задача которой заставить меня ревновать.
Кристина резко встала, задела стакан с чаем и усмехнулась, когда он упал в мою сторону, разбрызгав содержимое по кремовому костюму.
– Вот овца! – взревела Наташа, подхватываясь вместе со мной, чтобы разлившийся по столу чай не залил колени. – Да я тебя…
Я не успела бы схватить подругу, на которую попала лишь пара капель. Зато с этим успешно справился Костя – один из инструменталистов Димкиной группы «Hurricane».
– Тише, «Зоркий глаз», – хмыкнул Костик, перехватывая Наталку за талию и поправляя её очки, съехавшие к переносице. – Заучка уже спешит… Или ты хочешь, чтобы и тебя наказали?
Я, конечно, могу ошибаться, но, кажется, Наталка ничего из сказанного Костей не поняла. Она лишь в шоке уставилась на парня. Оно и понятно! Именно Лавров заставлял сердечко Ефимцевой биться быстрее. Фанатка издалека – это про неё. А тут тебя объект воздыхания за талию держит! Понятно, что вся воинственность Натульки моей испарилась за секунду.
– Я не… – вернула меня из раздумий возмущающаяся Кристина.
– Попова! – рыкнула Екатерина Геннадьевна, обычно спокойная заучка по учебной части. – Второе замечание за день – это уже перебор! Видимо, придётся всё-таки поднимать вопрос о явке твоих родителей к директору.
– Я случайно! Я не специально!
– Именно так, – поморщился Костя, неприятно меня удивляя. – Екатерина Геннадьевна, Кристина просто резко встала. Она не хотела задеть стакан Орловой.
Ефимцева отмерла, с красными щеками отпихнула от себя Лаврова. Да так, что он чуть не споткнулся, задев мой стул.
– Ничего подобного, Екатерина Геннадьевна! Она это сделала специально! Ещё и угрожала нам!
Учитывая, что почти все посетители столовой забыли, зачем, собственно, сюда пришли, заучка нахмурилась и коротко приказала следовать за ней.
На полпути Костик куда-то слился.
Исчезновение Лаврова отразилось на лице моей Натали в форме поджатых губ и мстительного прищура глаз.
«Хм… вот так кумир в одночасье теряет своего фаната, – подумалось мне, – и приобретает лютого хейтера».
Видеть, как первая влюблённость подруги теряет свою силу, оказалось весьма неприятно. Особенно, когда взгляд Наты потух, и она отвернулась, потеряв спину Лаврова в толпе, чтобы ускорить шаг и вклиниться между мной и цыкающей на меня Поповой.
– Пшла.
– Неуравновешенная, – шикнула Кристина, чуть не повалившись на идущего впереди завуча.
Екатерина Геннадьевна даже не заметила, что едва не стала кеглей в бою двух учениц старшего звена. Крися удачно вывернулась и быстро подстроилась под шаг учительницы, а Наташа подхватила меня под руку, всем своим видом демонстрируя, что добраться до своей подруги позволит только через своё хладное тело.
Это было так мило… так трогательно! Я прониклась до глубины души. За один этот жест была готова простить Ефимцевой вчерашние обиды и противные чувства предательства и одновременно вины, с которыми ушла домой.
Но на этом откровения этой переменки не закончились!
За углом, возле кабинета завуча, неожиданно обнаружились двое: и исчезнувший недавно Лавров, и мой Димка.
«Мой? Я сказала "мой"?! Ох… Даже страшно верить этому».
Не сдержавшись, робко улыбнулась, читая на лице Воробьёва беспокойство.