Каждое слово – как признание, каждая нота – как поцелуй.
Я сидела, не в силах пошевелиться.
Сердце стучало так громко, что, казалось, заглушало даже барабаны Костика.
Вокруг – тишина. Потом – шёпот. Взгляды старшеклассников и коллектива учителей. И в них – не насмешка, не зависть даже… а радость. Радость от того, что… Она бывает! Любовь – бывает!
Когда песня закончилась, зал замер на секунду – и взорвался овацией.
Димка прижался губами к микрофону, глядя на меня.
– Варь… Эта песня для тебя, – сказал он, и в его голосе не было ни капли стеснения. – Спасибо, что поверила.
Я не плакала. Просто улыбалась – сквозь слёзы, сквозь шум в ушах, сквозь всё, что когда-то заставляло меня бояться… бояться верить.
Потом Димку у микрофона подменил Лавров со своей бас-гитарой, и выступление продолжилось ещё на две песни, но уже в стиле новогоднего рока.
Когда официальная часть закончилась, зал превратился в танцпол. Где-то включили громкую новогоднюю музыку, и все потянулись к ёлке – танцевать, смеяться, пить пунш.
Я стояла у края, не решаясь присоединиться, когда вдруг чьи-то руки обвили мою талию. Да, она у меня всё-таки есть!
– Поймал, – прошептал Димка мне в ухо, и я засмеялась.
Обернулась и утонула в его глазах.
– Это было… потрясающе, – выдохнула, искренне восхищаясь талантом Воробьёва.
– Это ты – прекрасна, – ответил он, отстраняясь и предлагая мне руку. – Без тебя не было бы этой песни. Подаришь мне танец?
Мы закружились в медленном танце, и мне показалось, что весь мир исчез. Остались только мы, ёлка, музыка… и его шёпот:
– Люблю тебя, Варя. Больше всего на свете.
Я прижалась щекой к его плечу и прошептала:
– Я тоже тебя люблю… Больше всего на свете.
Он улыбнулся – той самой улыбкой, что растопила мою зиму.
И волшебный вечер засиял, как самый яркий полдень.
Глава 33
После того, как вторая по счёту четверть была закончена на отлично, дата празднования Нового года приблизилась вплотную. Папа с мамой после долгих обсуждений решили встретить его в семейном кругу и даже предложили пригласить Диму с его мамой.
Так как это предложение слишком смахивало на что-то серьёзное, я тут же отказалась. Сватовства мне только не хватало! Не рано ли?! Нам только по семнадцать лет!
В шутку рассказала Диме, а он… ничего смешного в этом не увидел. Сказал, что его мама с удовольствием познакомится со мной и моей семьёй, и они принимают приглашение – а я ведь не приглашала!!!
Пришлось «переобуваться», потому что по лицу своего парня я видела: для него это всё серьёзно.
Утро тридцать первого декабря я встретила с каким-то диким волнением. Проснулась, огляделась, но решительно кивнула, выныривая из-под тёплого одеяла.
Целых два дня мы с мамой убили на супер-генеральную уборку и украшение дома, и теперь наша трёхкомнатная квартирка напоминала сказку.
Коридор уже был готов встретить гостей мягким светом гирлянды, обвившей зеркало в полный рост и вешалку из светлого дерева. На полу – пушистый коврик в виде огромного снеговика с весёлыми пуговичками-глазками. Стена над обувницей была украшена коллажем из семейных фото в новогодних рамках – с папой в шапке-ушанке, мной в детстве на коленях у Деда Мороза. А над входной дверью – венок из еловых веток, шишек, красных ягод и маленькой таблички с надписью: «С Новым годом! С Новым Счастьем!»
Кухня пахла корицей, ванилью и свежим хлебом. На окне – гирлянды из вырезанных мной снежинок и бумажных ангелочков, которые мы с мамой делали ещё в воскресенье. Холодильник был увешан магнитами в виде Дедов Морозов, оленей и мандаринок, а на дверце висела вышитая бабушкой Мариной, маминой мамой, прихватка с надписью: «Ёлку наряжай, а кухню не забывай!». На столе – фарфоровый сервиз с золотой каймой, припасённый «на особые случаи» (наконец-то мы его достали!), и ваза с мандаринами, перевитая красной лентой. Даже чайник на плите был в праздничном настроении – на нём красовалась новогодняя шапочка из фетра, подаренная Софией, моей двоюродной сестрой, которая жила сейчас в Голливуде и работала в танцевальной труппе.
Спальня родителей тоже не осталась без нашего с мамой внимания. Уютная, сдержанная, в светло-серых тонах, сейчас она выглядела ещё более волшебно!