Алисия знала о них, и ей становилось иногда не по себе потому, что реальность настолько отличается от того, что все видели по телевизору, в интернете, в прессе. И она даже уже не знала, в кого была больше влюблена: в экранных принцев или в тех, кем они становились, когда камеры выключались. Вынув из петли ещё одну пуговицу и закатав рукава по локоть, она сделала ярче макияж, выделив глаза чёрным карандашом и нанеся помаду вишнёвого цвета. Она старалась быть более открытой сейчас, сексуальной и, может даже, развратной, но по возможности слабой и беззащитной. Сегодня она играет роль провокатора, затмевая свою героиню, которая также сравнивала своего мужа-эгоиста и его друга, который и отозвался помочь именно ей самой, не выбирая никого. Он оказался её спасителем, её опорой и надеждой на то, что мёртвая женщина оживёт и снова полюбит, пусть не так сильно, как она любила Эйнара, но она будет за сильной спиной, а не перед ней.
Эдди был почти таким же, как его герой: он также выбрал другую, не её, он относился очень трепетно к их отношениям, не позволяя себе сблизиться, отдаться своим желаниям, которые у него возникали, когда он видел её обнажённой. Она чувствовала это, видела, ощущала каждой клеточкой своего тела и даже там, на супружеском ложе, он чуть не стал ей отвечать на её требования. И если бы не его Лу, которая стояла очень близко и могла запросто заподозрить что-то лишние в этой сцене, а, может, даже и заметила, но она понимала её, так как была на месте актрисы. Они обе бежали от него поначалу, сопротивлялись из последних сил его напору и настойчивости. Они обе чувствовали себя более свободно, когда его не было на съёмочной площадке, но стоило ему появиться, как все менялось: тело немело, из головы выходило всё важное, кровь застывала в жилах, глаза блестели, во рту пересыхало, а внизу живота приятно болело и покалывало.
Алисия закрыла глаза и отдалась своим мыслям, представляя его чувствительные пальцы, скользящие по её коже, его пухлые губы на её губах и, уже добившись того самого томления, она невольно застонала, тяжело дыша от своей иллюзии, которая никогда не станет реальностью, так как посередине стояла другая, которую он выбрал, снова забывая о ней самой, тоже нуждающейся в нём, как Герда в Эйнаре. Осушив бокал с напитком, она налила себе ещё, быстро выпивая и эту порцию, плеснула ещё половину. Ей нужно было напиться и наконец-то сделать выбор, помочь своей Герде и себе заодно. «Лили забрала Эйнара, а Лу — Эда. Какая ирония!» — думала она, делая очередной глоток из бокала. У неё остался лишь он один, и то она не знала, насколько именно и вряд ли навсегда. Выйдя на балкон, вдыхая воздух ночного города, она искала глазами машину среди тысячи других, которые сплошным потоком мчались по дороге, несмотря на столь позднее время, их было много, как днём, но не было видно той самой, заветной, которую она изучила до самой маленькой царапины.
Послышался громкий настойчивый стук в дверь. Алисия вздрогнула, допила напиток и медленно подошла к двери, не заботясь о том, что её грудь практически была видна. Она облизнула губы в надежде на то, что гость, стоящий за дверью, скоро уйдёт, поняв, что никого нет, но её ожидания превратились в прах. Когда услышала ещё более настойчивые требования открыть, она распахнула дверь. Перед ней на пороге стоял Мэтт, как всегда безупречный, но уже не такой аккуратный, как его Ганс — в кедах, потёртых дорогих джинсах, футболке, которая обтягивала его мышцы, рисуя его очертания, и даже грубая кожаная куртка не смогла скрыть его рельеф мышц. Он явно был доволен собой, на лице уже проступала щетина, взъерошенные волосы подчёркивали его небрежную внешность. Она смотрела на него, он пялился на неё. Заметив её не очень трезвый и вызывающий вид, Маттиас облизнул нижнюю губу, рассматривая её открытые участки тела.
— Ты один? — разочарованно произносит она, прикусывая нижнюю губу и не отводя глаза от серых, её дыхание участилось, сердце буквально билось через раз. — А где этот рыжий с демоническими глазами? — Начала выяснять она ещё об одном своём скрытом желании. Мэтт упорно молчал, он лишь улыбнулся, ожидая этого вопроса.
— Я здесь, — послышался знакомый голос, и затем появился его хозяин, вынырнув из-за широкой спины блондина. Эд также улыбнулся своей партнёрше, заметив, что она их определённо ждала. Алисия, в свою очередь, кинулась ему на шею, обвивая руками и прижимаясь к нему как можно сильнее.
— Меня обнять не хочешь? — произносит совсем не обиженно бельгиец, а, наоборот, с интересом наблюдая за тем, как женщина проявляет свои чувства. Он-то знает, что выбор падёт не в сторону наглого британца, который смог загрести под себя всё, что интересует не только его самого, но и других.
Алисия услышала тихий голос над своим ухом и дыхание, что обжигало ей кожу — он подошёл слишком близко, она оказалась зажата между ними настолько плотно, что могла почувствовать возбуждение, и не только своё. Оторвавшись от своего зеленоглазого демона, она повернулась к сероглазому дьяволу, который не ревновал и был настолько уверен в себе, что это пугало, загоняло в угол и заставляло подчиняться. Эдди также не отошёл от неё, теперь он прижимался своим пахом к её заднице, пока она обнимала блондина, который сминал её своими сильными руками. Она знала, что Эд улыбается: ему нравилась эта игра, только вот нужно было остановиться вовремя.
Однажды, упустив момент, когда нужно было сказать «Стоп» и процесс продолжился, они с Мэттом совратили одну фанатку. Она явно не ожидала такого упавшего ей на голову счастья и ценного опыта от двух наглых, уверенных в себе актёров. Эдди спас девушку около клуба от очень навязчивой компании молодых парней и решил, что ему нужнее, что спасённая ему не откажет точно. Он видел её глаза, полные любви и восхищения: ему стоило лишь улыбнуться ей, чтобы понять, с кем «жертва» захочет пойти, а он уж ей покажет, как живут звёзды и чем занимаются в свободное от съёмок время. Эд быстро разнёс в пух и прах соперников и утащил молодую глупышку к себе в номер, где и потребовал своё «Спасибо» не только в речевой форме. В этой же гостинице по соседству проживал и Шонартс, который вышел из своего номера невовремя, заприметив то, как его друг тащит за собой юную леди. Девушка улыбнулась и подмигнула ему — неожиданно для себя, но специально для него. Она ведь не знала, что эти двое иногда делятся между собой своими партнёршами, а иногда даже не брезгуют проникать в одну дырочку одновременно. Маттиас лишь усмехнулся тогда поведению девушки и зашёл в номер вслед за англичанином. «Я разве звал тебя?» — в недоумение посмотрел на блондина Эдди, не отпуская локоть девушки, которая пыталась контролировать своё тело и стоять ровнее. Рука Эда помогала ей в этом, но как-то не сильно удачно. Тогда он, отвлекаясь от Мэтта и надеясь, что ему удастся побыстрее выпроводить его из номера, поставил фанатку, встряхнув её. «Стой на месте», — промолвил он грубо и повернулся снова к партнёру, который уже чуть ли не облизывался, предвкушая то, с каких именно ракурсов он начнёт. «Что тебе нужно?» — уперев руки в бока, спросил Эд. «Не хочешь поделиться с другом?» — оторвав похотливый взгляд от еле стоящего тела напротив, Мэтт перевёл его на британца, который, как ни странно, улыбнулся ему в ответ. Закрывая за Мэттом дверь, Эдди шепнул: «Я думаю, это будет для неё уроком», — и подошёл к девице. Она от чего-то веселилась, явно не понимая, к кому она попала, но это было даже хорошо: они научат её всему, и девушка надолго запомнит эту ночь. Не стоит шляться где ни попадя в таком юном возрасте. Лучше взяться за ум и начать развивать свои мозги, а не пользоваться своим манящим телом, привлекая всяких проходимцев и актёров у которых на уме не очень светлые намерения.