Лу опустила глаза вниз, стараясь дышать как можно глубже, не выдавая своего волнения и своего, пока ещё маленького, секрета. Положив руку на живот и поглаживая ткань платья ладонью она, кажется, решилась всё рассказать отцу.
— Пап, я должна признаться тебе кое в чём…
Посмотрев на часы, на которых было уже почти восемь, Лу поняла, что пора ехать и отрабатывать своё честное имя журналиста, не зная, как всё пройдёт, а, главное, кто придёт. Из них двоих радовалась одна лишь Хлоя, надеясь, что всё-таки сможет в живую увидеть Эдди Редмэйна, который точно пострадает от её вопросов и обаяния. Она обязательно сделает с ним селфи во всех доступных позах, так как недоступные ей не светят, к сожалению, и потребует автограф.
— Эдди что-то сделал с тобой? Да, это связано с тобой. Он тебя всё-таки обидел, и поэтому не хочет встречаться со мной и выходить на связь, так? — выстроил логическую цепочку отец, продолжая сверлить дочь взглядом, пытаясь заметить на её лице изменения от его вопроса, который почти попал в цель.
— Нет, пап. Эдди… он, конечно, причём, но не совсем. Он не знает об этом, мы тоже не общаемся, так что он не только на твои звонки не отвечает, — быстро ответила Лу, чтобы не передумать обо всём рассказать.
«Но мне кажется, что всё-таки тебе ещё рано знать, папочка, о моём положении», — подумала она и встала из-за стола. Поправив на плече небольшую сумку, девушка направилась к двери, стараясь убежать от взгляда отца, который быстро настиг её. Схватив ключи от машины, он открыл перед ней дверь, пропуская вперёд.
— О чём он не знает, Лу? — поинтересовался Том у дочери уже в машине. Чтобы не терять времени на расспросы дома, они продолжили по дороге туда, где её ждала мучительная работа.
«Быстро думай, Лу, как выкрутиться. Быстро, твою мать. Я не хочу, чтобы отец насильно притащил Эда к моим ногам и заставил взять ответственность за свои выходки».
— Возможно, он не знает об интервью, ведь у него новый фильм. Ну и мало ли, какие там проблемы, — Лу попыталась как можно правдивей увильнуть от своего честного ответа.
— Нет, всё он прекрасно знает. Его агент уже находится здесь, в Англии. И агент Мэтта тоже, да и они оба, возможно, тоже здесь. Но только, вот почему на звонки не отвечают, два оболтуса? — последнюю фразу отец процедил сквозь зубы, притормозив на светофоре, и повернулся к дочери, снова ловя её взгляд. По его лицу чётко читалось, что его не провести, к тому же, открыться было Лу желанием. — Он тебя как-то обижает? Я был прав всё-таки, говоря про омут Редмейна и его изобретательных чертей, — как-то сильно утверждающе произносит он, будто бы стал уже уверен в этом.
— Нет, он ничего такого не делал и заботился обо мне, не хуже, чем ты, когда мы были в Америке, — призналась она отцу, стараясь изменить его неправильный вывод. «Чёрт! Я, кажется, делаю ещё хуже».
— Почему тогда сбежала от него и живёшь у меня? Прячешься? Он тебя напугал?
— Нет, пап. Ну что за мысли вообще такие про него? Он же не чудовище, и, к тому же, ты знаешь его, и по-твоему, он способен напугать? — так же вопросом ответила она, оттягивая момент истины.
— Лу, он актёр. Он вообще способен притворяться и быть, кем угодно, и сделать, что угодно. Я уже говорил, что знаю его как человека, но ни как мужчину, который живёт с моей дочерью. Ты знаешь его с другой стороны, так скажем, с бытовой, которую я только пытаюсь выяснить, а ты защищаешь его.
— Я не защищаю. Я просто говорю, что он нормальный, он не псих, он хороший, и как человек, и как мужчина. И я не сбегала от него, я ушла только потому, что мне невыносимо одной находиться в его огромном доме. И, к тому же, он не знает даже, что я там не живу, ну если он, конечно, не появился уже и не собирается прийти всё-таки на интервью, радуя тебя, Хлою, Алисию и вгоняя в ступор меня.
«Главное, не разучиться дышать в его присутствии», — подумала Лу, наивно полагая, что убедила отца в своих словах, и он больше не будет ничего выяснять, к тому же, они почти прибыли на место. Ладно, всё равно, рано или поздно придётся признаться, а так хотя бы у неё будет поддержка, если от Эдди её не дождёшься.
— Я немного беременна, — быстро вымолвила Лу, повернувшись к отцу, который резко затормозил. Не глядя на неё, он сидел молча, обдумывая всё, что услышал, и затем всё-таки повернулся к дочери.
— И сколько это — немного? — очередной тихий вопрос с его уст был произнесён с волнением.
— Семь недель, — признаётся она, проглатывая невидимый комок в горле.
— Хорошо, Лу. Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — Том выбрался из машины, чтобы сделать вдох и наполнить лёгкие кислородом.
Нужно было постараться трезво принять слова дочери, без лишних эмоций, ведь всё равно она бы когда-нибудь призналась ему в этом. Его маленькая Лу уже вовсе не маленькая, и у неё самой скоро появится маленький человечек. Заботы, инстинкты, чувства, недосказанность с родителями, ещё и Эдди пропал. «Проклятье!» — выругался режиссёр, потирая лицо рукой и забираясь обратно в машину.
— Пап, ты, главное, не сердись на Эда. Он правда ни о чём не знает. Он не отвечает не потому, что хочет избежать ответственности, — Лу стала защищать отца своего будущего ребенка. Том снова завёл машину и, проехав пару кварталов, припарковался, помогая ей выбраться из машины и встретить Алисию. — Пап, ну не молчи, скажи что-нибудь, — перегородив ему путь, Лу встала напротив него и обняла, прижимаясь к нему как можно сильнее. Он сделал так же, обняв дочь в ответ.
— Как скажешь. Я обещаю, что не буду вмешиваться, если ты так просишь, я приму всё, что решишь ты, — ласково сказал он, отчего Лу сразу почувствовала умиротворение и спокойствие, и улыбнулась ему. — Я не буду сердиться на Эдди, не волнуйся. К тому же, тебе сейчас нельзя! — заметил он, выпустив её из своих рук и коснувшись живота. Затем он взял дочь за руку, и они наконец-то оказались в студии, где уже вовсю бегала Хлоя. Готовясь к встрече с актёрами, подруга перечитывала вопросы, записанные у неё в блокноте. Увидев двоих Хуперов, она быстро оказалась рядом и обняла меня.
— Здравствуйте, мистер Хупер, — поздоровалась девушка, пожав крепкую руку мужчины.
— Здравствуй, Хлоя, как ты? Волнуешься? — из вежливости спросил он у сокурсницы дочери, которая не переставала улыбаться, предвкушая предстоящие события после проделанного ими практического занятия.
— Всё хорошо. А актёры скоро подъедут? — не удержалась подруга, весёлая девушка и всё-таки спросила того, кто командовал процессом и знал о каждом шаге своих подопечных. Иногда знал, а иногда даже не подозревал и не мог предугадать очередной шаг Эдди и Матиаса.
— Пока мы ждём только Алисию Викандер — главную героиню фильма, а её партнёры, надеюсь, всё же подъедут позже, — улыбнулся Том девушке, думая, что его ответ удовлетворил её, и она оставит его на какое-то время в покое, позволив обдумать и принять вполне ожидаемую новость от дочери. Да и привыкать к новому статусу не мешало бы.
С лица Хлои мгновенно исчезла улыбка. Она надеялась, что первым в студии появится всё-таки Эдди и этот второй, как его там, Маттиас.
— Кстати, Лу, а это интервью будет записываться и выкладываться в Интернет и пойдёт на телевидение или просто в печатном виде отправится в журнал и газеты? — спросила Хлоя, взяв подругу под руку и отводя в сторону.
— Скорее всего, в записи, — коротко ответила она, оглядываясь и проверяя, появилась ли Алисия в студии.
Ей хотелось поприветствовать её и разузнать обо всем, что меня так волновало. Отец разговаривал с оператором о чём-то, Лу же прошлась по студии, чтобы хоть как-то отвлечься. Видимо, Том тоже всячески пытался не думать пока о «интересном» положении своей дочери — он сейчас в первую очередь режиссёр своей работы, а уже после — будущий дедушка, который, как она надеялась, быстро привыкнет к новой роли. Лу улыбнулась, разглядывая всё вокруг, и ждала встречи с Алисией.