– Горди, ты носишь очки?
– Нет, не носит, – ехидно сообщил его противник. – Зачем ему? Он слишком глуп, чтобы читать.
– Сам ты глуп! – закричал Горди на своего мучителя, устроившегося с противоположной стороны прилавка.
– Замолчите оба! – приказал Дит. Вернулась Рейсин со льдом и полотенцем.
Спунер сделал компресс и приложил к глазу мальчика.
– Выгони отсюда этого драчуна, – сказал он тихо. – Неплохо бы запретить ему являться сюда несколько дней. И позвони матери Горди.
Горди было запротестовал, но Дит быстро утихомирил его, приказав не шевелиться, пока он прикладывает лед. Затем снова осмотрел глаз мальчика, который реагировал уже чуть лучше: появлялось ощущение боли, когда на сетчатку попадал свет от фонаря. До приезда матери подростка Диту хотелось получить ответы на некоторые вопросы, причем надо было поставить их так, чтобы мальчик не догадался о его намерениях.
Подмигнув Рейсин, он завел разговор об объявлении, которое висело на стене рядом с дверью.
– Думаю, наше объявление устарело. Что там внизу написано? – спросил он, многозначительно глядя на девушку.
Похоже, она поняла.
– Не знаю, Дит. Не могу прочитать. Что там написано, Горди?
– А мне откуда знать? – проворчал мальчик, украдкой взглянув на объявление.
Дит бросил на Рейсин озабоченный взгляд.
– Постарайся, парень, всем известно, что молодые глаза видят лучше. Может, если ты закроешь больной глаз, то сможешь прочесть.
Горди сделал безуспешную попытку.
– По-моему, внизу ничего не написано.
– Может, и так. Но чтобы знать наверняка, попробуй прочитать на этот раз больным глазом.
Горди заворчал, но взглянул.
– Не различишь. Все расплывается.
– Все буквы расплываются?
– Что? – спросил Горди.
Дит непринужденно рассмеялся.
– Горди, я знаю, что ты не глухой. Но подозреваю, что у тебя проблемы с чтением. Я прав? Ты с трудом читаешь уже некоторое время.
Мальчик взглянул на него большими, задумчивыми глазами, один из которых, подбитый и слегка припухший, был налит кровью. Через некоторое время, будто сомневаясь, стоит ли доверять Диту, он медленно кивнул. Дит успокаивающе положил руку на плечо Горди и, нагнувшись, взглянул ему прямо в глаза.
– Внимательно посмотри мне в глаз, – сказал он мальчику, положив указательный палец на скулу. – Смотри.
Он осторожно поднял палец и прикоснулся к белку глаза, сделав небольшое движение. Горда изумленно открыл рот, а Дит сморгнул, выпрямляясь.
– Это контактные линзы. Я ими пользуюсь всегда. Эти линзы можно носить долго, но нужно снимать раз в неделю, чистить и давать отдых глазам. В это время я ношу очки – потому что без них я плохо вижу. Вероятно, тебе нужны очки, Горди. Ты сможешь лучше читать, если будешь их носить. А теперь скажи, пожалуйста, что ты можешь прочесть в этом объявлении?
Мальчик покорно присмотрелся, щуря сначала один, затем второй глаз.
– Желтый игрушечный… Правильно?
Дит улыбнулся и взъерошил волосы мальчугана.
– Желтый наклеивающийся, – поправил он, снова прикладывая лед. – Ну, так какие очки ты хотел бы носить? У меня – в золотой оправе. А недавно я видел отличную пару в черно-серебряной оправе, с блестящей и низкой перекладиной, как спортивная машина.
– Да, – вздохнул Горди. – Классные.
Дит с довольной улыбкой посмотрел на Рейсин. Она улыбнулась в ответ.
– Рейсин, угости чем-нибудь нашего юного друга – за мой счет.
– За счет заведения, – возразила она. Дит не стал спорить.
Через несколько минут приехала встревоженная миссис Хант. Вид Горди успокоил ее – он сидел на стуле и попивал лимонад из бутылки, а в кулаке у него было зажато надкушенное яблоко. Рейсин представила Дитона. Он рассказал сначала о драке, затем о возможном ушибе и, наконец, о том, что Горди нужны контактные линзы.
– Я абсолютно уверен, что у него близорукость. Он хорошо видит вблизи. Возможно, у него также астигматизм. Полагаю, Горди станет лучше учиться, когда будет видеть, как все.
Миссис Хант, слушавшая очень внимательно, поблагодарила Дита. Затем поинтересовалась, к какому специалисту ей следует отвезти мальчика для тщательного обследования.
– Я бы порекомендовал офтальмолога.
– Где мне его найти? В радиусе семидесяти километров нет такого специалиста.
Семьдесят километров! Он призадумался. В Талсе таких врачей пруд пруди. По крайней мере Диту так казалось. Он подумал, сколько же семей живет в радиусе семидесяти километров. Должно быть, достаточно для хорошей практики.
– Что же мне делать? – снова спросила миссис Хант.