Таблетки были мне нужны, как объятия тёплого пледа в тёмную ночь. Не спасали — но согревали.
Даниэль пришёл поздно вечером.
Я не ждала его, но и не удивилась. В заточении каждый звук мог означать что угодно, и я была готова ко всему.
Он вошёл беззвучно. Движения спокойные, выверенные — врачебные.
— Как ты себя чувствуешь? Голова не кружится?
— Нет, спасибо… — я цеплялась за него взглядом, стараясь не упустить ни одного жеста. Кожей ощущала смерть. Она была рядом. Она пришла за мной.
— Здесь другой климат. Иные инфекции, — продолжил Даниэль. — Я сделаю прививку. Это не больно.
Он достал шприц.
Я замерла, затем кивнула. Послушная. Тихая. Пусть думает, что я поверила.
Мне нужно было одно — чтобы он подошёл ближе.
Меня саму пугало, на что я сейчас решаюсь.
Адреналин бил в кровь, сердце стучало слишком громко. Таблетки ещё действовали — у меня был медленный метаболизм. Эффект наступал поздно, но держался долго. Сейчас я была на грани — и именно это давало мне шанс.
Пусть считает меня овцой. Моё лицо часто вводило людей в заблуждение. Меня называли ангелом. Говорили: «Элла, ты, наверное, по вечерам молишься»
Нет. Я отжималась до потери сознания, чтобы выдавить мысли из головы. Царапала запястья до крови, чтобы боль стала видимой и хоть немного отпустила.
Даниэль подошёл бесшумно, как хищник. Медленно опустился передо мной на корточки. Снял колпачок со шприца.
— Будет не больно.
Сердце билось где-то в горле. Воздуха не хватало. Он взял мою руку — его пальцы были холодными. Поднёс иглу…
Я со всей силы ударила его лбом в голову.
Вспышка боли. Перед глазами рассыпались цветные пятна. Даниэль потерял равновесие и упал навзничь, но почти сразу попытался подняться.
В руках оказалась лампа. Я не помню как. Просто замахнулась.
Глухой хруст. Он снова рухнул, шприц отлетел в сторону.
Но он встал.
Не кино. В реальности взрослого мужика так просто не вырубить.
Я не дала ему подняться — ударила снова. И ещё. Схватила шприц. Вогнала иглу в его тело и нажала на поршень.
Пальцы дрожали. Раствор входил тяжело. Я не знала — всё ли, достаточно ли.
Лампа выпала из рук. Я рухнула на колени рядом с ним. Ноги не держали. Воздух рвался в грудь, а паника душила.
"Что я наделала? Теперь меня точно убьют"
Я поднялась на ватных ногах и быстро обыскала его. Нашла пистолет. Забрала. Да. Я умела стрелять. Два года назад связалась не с той компанией.
Мне было страшно выйти из комнаты. Я не знала, что за дверью. Я никогда не покидала заточение. Люди? Запертые выходы? Может, извиниться? Может, меня пощадят?
"Дура! Делай хоть что-нибудь. Тебе нечего терять"
Я приоткрыла дверь. Коридор был пуст.
Я вышла, прижимаясь к стене, стараясь идти так тихо, что слышала собственное дыхание. Я не знала, куда идти. Только одно — я не на первом этаже. Значит, нужна лестница.
Мысли путались. Нервы были на пределе.
И тут дверь распахнулась.
В коридор вышли двое мужчин. Они говорили — и увидели меня.
Я не думала. Просто выстрелила.
Не целясь. Не выбирая. Хотела только отпугнуть.
Я сорвалась с места. Побежала. Споткнулась, едва не упала, влетела в поворот. Забежала в первую попавшуюся комнату.
Огляделась. Комод. Я потащила его к двери — слишком тяжёлый.
Снаружи раздались удары. Мужские голоса.
Я отступила и судорожно сглотнула.
"Ну и что дальше? Застрелиться?"
Я вынула обойму.
В ней была всего одна пуля...
— Класс… — нервно хихикнула я.
Перед глазами пронеслась вся моя короткая жизнь.
Дверь содрогнулась от удара. Потом ещё раз. И ещё. Дерево треснуло — не сразу, но с каждым ударом всё громче, всё ближе.
Я отступала, пока спина не упёрлась в холодную стену. Комната казалась слишком маленькой. Воздух — вязким. Сердце билось так, будто хотело вырваться наружу.