Мы молчали. Потом он продолжил:
- Бывают и такие, кто задерживается надолго. Ну как надолго, на несколько лет...
- Например, Ирина? - подсказала я.
Он молча кивнул и добавил:
- Но финал всегда один и тот же...давай выпьем вина а? - вдруг неожиданно сказал он.
- Я не хочу, - сморщила я нос, - я лучше твой чай...
- Ды ты попробуй. Он пошел на кухню, я взяла пустой чайник и наши кружки, пошла за ним. Он нарезал сыр.
- Поставь все в раковину. Вино и правда вкусное. Ты такое не пробовала.
- Ну, в этом я не сомневаюсь...
К сыру Артур добавил виноград, отнес на балкон. А потом взял пузатую бутылку и огромные бокалы на тонкой ножке. Все-равно мне хотелось вкусного чаю. Но я не стала возражать. Кажется, ему хотелось поболтать потягивая вино. Поддержу. А потом попрошу чай.
Никогда не понимала вкус вина. Будто варенье в банке забродило. То, что налил Артур собственно для меня было таким же...никаким. Я пригубила немного и сморщила нос.
- Не нравится? - спросил он.
- Я просто не понимаю его, но ты не обращай внимания, рассказывай!
- Нет уж, давай ты будешь пить то, что понимаешь. Все-таки чай?
- Да! - радостно кивнула я.
Он усмехнулся и ушел. А вернулся через время с горячим пузатым чайником и огромной кружкой. И еще куском шоколада в фольге.
- С ума сойти...ты всегда за всеми ухаживаешь? - Уточнила я.
- Поначалу то конечно, - ответил он абсолютно серьёзно, чем вызвал мой смех.
Я молчала и ела горький шоколад, который на самом деле тоже не очень любила, но сказать, что и шоколад этот не понимаю, было б сверхнаглостью. Да и с таким вкусным чаем он хорошо заходил.
- Знаешь, я вроде бы неплохо живу, да конечно я не супер известный доктор или нефтяной магнат, но в своей сфере я хороший врач. И живу я так, как мне удобно, занимаюсь тем, что мне нравится. На самом деле я почти все время на работе, в частной и обычной клиниках. Но бывает заходишь вечером...особенно зимой...вот в эту квартиру, - он махнул головой через плечо и отпил вина, - ...и так ...
- Тоскливо? - подсказала я.
- Не то слово, - ответил он тихо, - и еще все девушки...понятно, что мужчина должен ухаживать, дарить, водить, но когда это выходит на такой уровень потребительства... знаешь, ты просто обязан прийти с букетом, ты обязан повести в ресторан, ты все должен, ты все обязан...В итоге в последнее время я этого вообще не делаю. Плевать мне на эти ухаживания...
- И как?
- Ты знаешь, я думал останусь вообще без женского пола, но нет. Есть терпеливые, которые думают, ну ладно, раз сегодня не пришел с цветами, принесет в следующий раз...
- Мне кажется ты слишком жесток, - начала спорить я, - и циничен. И эгоистичен...
- Ну еще бы ты рассуждала по-другому, ты ведь женщина.
- Нет, я считаю, что в паре всегда приходится уступать, то одной стороне, то второй. Да, в любом случае кто-то будет лидером. Но. Уступают оба. Чтоб уступать, нужно и правда любить. Знаешь...
Я огляделась в поисках примера и продолжила:
- ...ну вот тебе нравится диван, и ты им доволен. А твоей девушке он отдавил все бока. Это же всего лишь диван. А она девушка, которую ты любишь, и хочешь, чтобы ей было комфортно. И ты уступаешь. Ты берешь диван подобного цвета, такого же размера, но матрас, покрытие, другое. И в итоге всем хорошо. У тебя осталась та же цветовая гамма, но она довольна твоей уступкой. А мне кажется, что ты ни черта не уступаешь, а гнёшь свою линию...
Он сделал несколько больших глотков вина и сказал:
- Это только на диванах все просто...в твоей голове, - он указал пальцем мне в лоб, - а это жизнь.
- Ты просто привык жить как тебе удобно, слишком долго был один. А чем старше, тем тяжелее принять человека с изъянами в характере, поведении и так далее. Поэтому тебя раздражает все, что несет с собой женщина в эту квартиру и в жизнь.
Он снова отпил вина и спросил:
- Думаешь я буду один до самой пенсии, как того боится моя матушка?
- Я думаю, что либо так, либо ты встретишь девушку, которая сорвет тебе крышу и в твоей гостиной будет стоять розовый диван с ажурным пуфом.
- Фу, - он сморщил гримасу, - что ты несешь...
Я расхохоталась.
- Я никому, ни одной женщине, не позволю устраивать в этой квартире что-то, что не будет мной одобрено.