– Семье… нужна… мать, – произнес он наконец.
– Все в порядке, Джим, – вмешалась мама. – Отдыхай. Не волнуйся. Я все уладила.
Папа пробурчал что-то неразборчивое.
У меня по спине прошел холодок. Ее слова привели меня в ужас.
– Что ты уладила, мама?
Она долго молчала, прежде чем ответить.
– Я хотела защитить свою семью. Больше ничего. Только это.
– Мама, что произошло? Ты что-то скрываешь? Скажи, это имеет какое-то отношение к Ройшн?
Глава 34
Пока я шла домой, слова мамы эхом раздавались у меня в голове. Что-то беспокоило меня в этом разговоре, но я не могла понять, что. Мне казалось, что я пропустила что-то важное, безнадежно запутавшись в паутине лжи.
Мама меня очень удивила, это правда. Я никогда не считала ее сильной женщиной. Да, она безумно нас любила и готова была ради нас на все, но решения в семье принимал папа. Это был традиционный брак, и раньше мне казалось, что папа всегда слишком давил на маму, а она слишком легко ему уступала. Теперь я поняла, что ошибалась. Мама была куда более сильной и твердой, чем я считала.
Мама действовала незаметно, исподволь, добиваясь своего скрытыми путями. Она часто разговаривала с папой, постепенно склоняя его на свою сторону. На самом деле мама была очень сильной женщиной. И то, что она мне рассказала, только подтверждало эту истину.
Как и я, мама могла зайти очень далеко, чтобы защитить свою семью. Я подумала о папе и о маме. О Фионе и детях. Теперь я знала, что надо делать. Вся эта каша заварилась из-за меня. И я должна взять на себя ответственность за все, что произошло или еще произойдет. Желание защитить свою семью во мне только окрепло. В конце концов, я рисковала меньшим, чем они.
Когда я подошла к дверям кафе, у меня уже сложился план. Я точно знала, что буду делать дальше.
Керри вышел ко мне из-за стойки. Обеденная суета прошла, и в кафе было пусто.
– Привет, – сказал он, – как дела?
– Неплохо, – ответила я. – Папа сегодня чуть-чуть покрепче.
– Отлично.
– Он почти не разговаривает, но все понимает и может с нами общаться. Днем врачи собираются провести кое-какие тесты и выяснить, насколько сильно он пострадал.
– У тебя усталый вид, – заметил Керри. Он привлек меня к себе. – Может, поднимешься к себе и поспишь немного? А я останусь здесь. Работы почти нет.
На секунду я расслабилась в его руках. Как приятно было сознавать, что о тебе заботятся и что кто-то готов взвалить на себя твою ношу, пусть даже ненадолго. Я обняла его как можно крепче.
– Знаешь что, – пробормотала я, уткнувшись носом в его рубашку, – давай закроемся пораньше и сходим куда-нибудь. Я хочу наконец почувствовать себя живой.
Керри взял меня за подбородок.
– С тобой все порядке?
Я улыбнулась и поцеловала его в губы.
– Да. Просто немного расклеилась. Погуляем пару часиков, хорошо?
– Если ты хочешь…
– Еще как хочу.
«Триуфм» с ревом мчался по улицам в сторону окраин: Керри вез меня за город. Прижавшись к нему сзади, я смотрела через его плечо на пролетавшие мимо живые изгороди и зеленые поля. По мере того как мотоцикл набирал скорость и ветер все свирепее задувал в лицо, тревожные мысли уходили. Скоро дорога начала заворачивать к холму, и на его вершине замаячила заброшенная ферма. Керри остановил машину перед уходившей наверх тропинкой.
– Когда-то здесь пили по ночам и думали о том, как завоюют мир, – заметил Керри. – А теперь здесь отличное местечко, чтобы просто тихо посидеть и выкинуть все из головы.
Мы взялись за руки и стали взбираться на крутой склон.
Солнце било нам в глаза, и я все время щурилась, глядя из-под ладони вверх. Мои пальцы машинально крутили висевший на шее амулет, а мысли вертелись вокруг того далекого вечера, когда мы сидели тут вместе с Найалом, мечтая о будущем. Он собирался стать известным адвокатом, я – открыть свой косметический салон. Да, мы и правда хотели завоевать мир. А потом началась реальная жизнь.
– Ты в порядке? – спросил Керри.
– Да, все хорошо. – Я отпустила его руку и побежала вперед. – Чур я первая буду наверху!
Мне не хотелось вспоминать о прошлом. Это только испортит нам весь день. Нельзя все время думать об одном и том же. Сейчас время, чтобы смеяться и дурачиться, как в детстве, а не решать трудные вопросы взрослых.
Я бежала наверх. На вершине я остановилась, упершись руками в бока и переводя дыхание. Керри поднялся следом.
– Я тебе нарочно поддался, – подмигнул он.
Вид с холма был так же чудесен, как в тот день, когда мы в первый раз пришли сюда с Керри.
– А сейчас туда можно попасть? – спросила я, обернувшись на домик.
– Не знаю. Давай посмотрим. Его заколотили несколько лет назад. Наверное, чтобы дети не буянили тут по вечерам.
Мы обошли ферму с южной стороны. Дверь и правда была заколочена, но внизу не хватало нескольких перекладин. Одна доска болталась сбоку на гвозде.
– Кажется, дети сюда все же забрались, – заметила я. – Разве их остановит какой-то кусок дерева?
Керри присел на корточки и заглянул внутрь. Многочисленные дыры в крыше простреливали темноту яркими лучами.
– Похоже, кто-то здесь ночевал, – сообщил он.
Его голос эхом отразился от пустых стен.
– Ты думаешь?
Я присела рядом с Керри и тоже заглянула в хижину. Действительно, в очаге виднелись остатки костра, а рядом лежало что-то вроде свернутой из тряпья постели.
– Зачем они это тут оставили?
– Наверное, собирались еще вернуться. А может быть, просто решили бросить все как есть. На загородных фестивалях часто оставляют палатку и спальный мешок вместо того, чтобы тащить с собой. Разве ты сама так не делала?
Я оглянулась на Керри и приподняла брови:
– А ты как думаешь?
Керри рассмеялся и встал, помогая мне подняться с места.
– Прости за глупый вопрос. – Но он продолжал улыбаться. – Ты не очень любишь ночевать на открытом воздухе, верно?
– Дело не в этом. – Я знала, что Керри меня просто дразнит, но в его словах была доля правды. – Просто… – Я замялась, пытаясь придумать какой-нибудь веский аргумент. – Просто я… никогда не бывала на загородных фестивалях, – закончила я глупо.
– Ладно, мы можем это исправить.
– Вот как?
– Как раз в следующем месяце будет маленький сельский фестиваль. Его даже и фестивалем не назовешь: просто фермеры поставят тент для пива, соорудят сцену и пригласят выступить пару местных групп. Называется «Рок вокруг амбара», ежегодное мероприятие. Можем поехать вместе и разбить палатку на двоих. Если, конечно, тебе это по силам.
– Это вызов?
– Если угодно.
– Тогда он принят. – Я чмокнула его в губы. Голос внутри меня говорил, что этого уже никогда не будет, но я его не слушала. Сейчас мне не хотелось думать о том, что меня ждет. Я улыбнулась Керри. – По-моему, теперь самое подходящее время, чтобы почувствовать себя живой.
– Прямо здесь, на холме? – спросил Керри, целуя меня в шею. – Ладно, как скажешь.
Я ответила на поцелуй, снимая с него кожаную крутку. За курткой последовал жилет, и мои руки скользнули под его футболку.
Керри сделал то же самое, плотно прижав меня к себе. Он развернул меня и уложил на траву, а потом перевернулся на спину, и я оказалась наверху.
Что-то заставило меня взглянуть на хижину. Уголком глаза я уловила легкое движение.
Керри поднял голову и поцеловал меня.
– Постой, – сказала я.
Отодвинувшись, я внимательно оглядела траву между нами и фермой. Мой взгляд скользнул направо и налево.
– В чем дело? – спросил Керри.
Он изогнул шею, пытаясь заглянуть назад.
– Мне кажется, я что-то видела.
– Тут никого нет. Не придумывай. Итак, на чем мы остановились?
– Нет, постой.
Я снова огляделась по сторонам. Что-то мне здесь не нравилось. Настроение пропало. Я быстро поцеловала Керри и встала.
– Идем к тебе.
Керри вздохнул и на секунду закрыл глаза.
– Я думал, ты хотела почувствовать себя живой.
– Все верно, – ответила я, надевая куртку. – Не беспокойся, я компенсирую эту заминку, – добавила я с игривой улыбкой и пошла.
Керри сразу вскочил на ноги.
– Ловлю тебя на слове! – Он бросился за мной, промчался мимо и понесся вниз по склону. – Ну что, кто теперь первый?
Я рассмеялась. Его фигура мелькала уже где-то внизу. С Керри всегда было так легко. И так просто было в него влюбиться. Жить вместе, проводить с ним дни и ночи. С Керри мне хорошо и весело, и он принимает меня такой, какая я есть. Но в следующий момент моя улыбка погасла. Романтическое настроение исчезло. Я не имею права предаваться мечтам о нашем будущем. Мне уже нечего ему предложить. Я даже не рассказала ему всей правды о ребенке. О Софи.
– Эй, черепаха, догоняй! – крикнул снизу Керри.
Как мне хотелось, чтобы эта минута длилась вечно. Я не могла думать ни о прошлом, ни о будущем. Впереди и позади были только боль. Но сейчас, в это мгновение, я счастлива. И я буду наслаждаться этим мгновением, пока смогу. Жить настоящим днем, потому что завтрашнего уже не будет.