Ада похлопала по полу, предлагая присоединиться к ней, и я сел рядом.
- Я тебе покажу кое-что, - шепотом произнесла она и её рука потянулась к проводу лампы.
Через секунду свет погас, а на потолке засияли десятки фосфорных звезд.
- Красиво, да? – её голова опустилась на мои колени, и я напрягся. – Мне не разрешают быть на улице допоздна, а из окна крыша и деревья мешают насладиться видом ночного неба.
- Мне нравится. Приклеено очень симметрично.
Она едва слышно засмеялась:
- Да, я старалась чтобы они сочетались по размеру.
- Значит, тебе нравятся звёзды?
- Очень, они необычайно красивые. Конечно, наука может объяснить что угодно, но еще с древних времён люди искали на небе особые знаки, в попытках разгадать своё будущее. Думаю, каждая звезда хранит свою тайну. Иногда, во мне просыпается необъяснимая тоска, и всё что мне хочется в этот момент – посмотреть на небо, протянуть к нему руки, очутится где-то там, вдали от нашей планеты, слиться воедино со звёздами. Может быть, моя душа родом откуда-то из другой, неведомой нам галактики? Что думаешь об этом?
- Думаю, что в неисчисляемом количестве галактик, есть такое же огромное количество звёзд, и примерно столько же солнечных систем. Так что, твоя теория имеет место быть.
- Хорошо, что мой отец этого не слышит.
- Почему?
- Потому что в начале сотворил Бог небо и землю, и Земля была безлика и пуста, а тьма была над бездной, и Дух Божий парил над водами, и тогда сказал Бог: «Да будет свет», и появился свет. Бог увидел, что свет хорош, и отделил его от тьмы. Бог назвал свет днем, а тьму – ночью. А на второй день, сказал Бог: «Да будет свод между водами, чтобы отделить воду от воды». И создал Он свод и отделил воду под сводом от воды над ним, и стало так. На второй день был вечер, и было утро.
Ада замолчала и перевела на меня взгляд, убедившись, что я действительно её слушаю. И я слушал её. Смотрел на потолок, и слушал…
Она улыбнулась и продолжила:
- И сказал Бог: «Да соберутся вместе воды под небом, и да появится суша», и стало так. Бог назвал сушу землей, а собранные воды назвал морями. «Да произведет земля растительность: растения с их семенами и различные виды деревьев на земле, которые приносят плод с семенем внутри», – сказал Бог, и стало так. Земля произвела растительность: разные виды растений, приносящих семя, и все виды деревьев, приносящих плод с семенем внутри. И было это на третий день, и было утро, и был вечер. – Она протянула руку к потолку и стала показывать на фосфорные звёздочки: - А потом Бог сказал: «Да будут светила на небесном своде, чтобы отделять день от ночи, и пусть они служат знаками, чтобы различать времена, дни и годы, и пусть они будут светильниками на небесном своде, чтобы светить на землю». Всё, что видим мы на небе, есть и будет Его творением.
- Значит, звёзды – это светильники?
- Значит так.
- Надеюсь, они никогда не погаснут для нас и будут освещать наш путь.
- Ты их будешь видеть каждый раз, когда окажешься во тьме. Они обязательно укажут дорогу.
Но если бы я действительно мог следовать за светом каждый раз, когда попадал во тьму...
Я встал с кровати, не в силах сомкнуть глаза и подошел к окну. Близился рассвет. Звёзды становились бледнее и порыв ветра уносил за собой мои воспоминания. Хотелось перевести стрелки назад и вернуться в прошлое, прикоснуться к волосам Аделаиды, молчать с ней, ждать и любить, не замечая других. Уверен, я ещё прикоснусь к тебе во сне, моя любовь, но сейчас мне необходимо тебя отпустить.
Я пошел в душ и включил холодную воду, стоя под ней около получаса. Холодно не было, было душно. Я тщетно пытался смыть с себя невидимую грязь, доподлинно зная, что где-то на теле остался участок, которого не коснулась жесткая мочалка. Затем, не укутываясь в полотенце и не глядя в зеркало, стал чистить зубы, пока не расцарапал десну. Мимолетная боль сразу же привела меня в чувства.
Нарядившись в костюм и как можно ровнее закрепив галстук, я поспешил на кухню поставить чайник. Поправил шторы, открыл занавески. В окне миссис Клауд было темно. Удивительно, неужели она спит? Не верю собственным глазам. Налив кофе в чашку, я добавил туда ровно семнадцать с половиной грамм сахара, а точнее две с половиной ложки и стал наблюдать, как он растворяется в тёплом напитке. Тоска растворялась вместе с ним. Я сделал несколько глотков и недовольный отставил кружку в сторону. Всё-таки, восемнадцать грамм сахара. Непроизвольно, я перевёл взгляд на кладовую под лестницей и замок, который не позволял туда попасть. Где же я дел ключ? Удивительно, так старался забыть о существовании этой комнаты, что действительно запамятовал, куда спрятал ключ ровно восемь лет назад. Может, оно и к лучшему. Зачем копошить прошлое и ранить себя еще сильнее? Эта комната – моя личная пыточная.