– Да вы уже принуждаете, – она не смогла сдержаться и всхлипнула. – Вы не насильник, Риоган. Не надо!
И он отстранился.
– Да, я не насильник. Мне нужно твое согласие, и ты его дашь.
Наташа отдвинулась окончательно и быстро принялась застегивать пуговицы под его тяжелым взглядом.
– Подумай, как много я могу тебе дать взамен. Я ведь могу даже открыть тебе портал в Гарданскую пустыню… со временем…
– Когда я вам надоем? – возмутилась девушка, обожгла его возмущенным взглядом и опустилась на колени, чтобы собрать рассыпанные по паркету шпильки.
– Нет… Да. Я не хотел тебе говорить, но ты сама не уйдешь в портал, когда узнаешь…
– Узнаю, что? – девушка гибко выпрямилась и с вызовом посмотрела ему в глаза. Сердце невольно забилось чаще, потому что Риоган смотрел с искренним сожалением.
– Я был знаком с человеком из твоего мира, – мягко сказал он. – И тот человек говорил, что вернуться обратно невозможно. Называл почему-то обратный путь «вариантом Анны Карениной». Я не понял, но запомнил.
Наташа опустила голову. Ну да, она попала в зону Внепланетного Приграничья с электрички. Неужели обратно придется шагнуть под поезд? Стало жутко.
– И все же нет! – твердо сказала девушка после долгой минуты молчания, принимаясь трясущимися пальцами укладывать волосы в плотный пучок. У нее были пушистые, но тонкие волосы, и, если их плотно свернуть, не казались густыми.
– Не давай окончательного ответа сейчас, Натали, – по-прежнему мягко продолжил уговоры Риоган. – В этом мире я для тебя – лучший покровитель. А домой ты не вернешься, Натали.
Вот зря он это сказал.
– Вы не поняли, что такое «путь Анны Карениной»? – с тихой яростью прошептала девушка, пристально глядя в глаза своему мучителю. – Так я объясню. В нашем мире есть история о том, как женщина по имени Анна Каренина изменила мужу, став любовницей другого мужчины. Не выдержала тяжести собственного поступка и покончила с собой, бросившись под… э-э-э, местное тяжелое транспортное средство. Ага, вот такие у нас традиции. А вы мне: стань моей любовницей! Да щас! – крикнула она по-русски. И выбежала из гостиной.
А оказавшись на улице, поняла, что прошло не больше часа, и она вполне успевает дойти до дома ди Триаля, чтобы пообщаться с потенциальным работодателем. Думать о дальнейших планах сейчас было страшно. Куда проще – действовать по схеме: найти хорошо оплачиваемую работу, а там видно будет.
***
Наверное, пока Адаон ди Триаль не поседел, то тоже обладал шевелюрой с рыжими отблесками, как и его племянник. Возможно даже, что был таким же худым и нервным. Но все это осталось в далеком прошлом. Сейчас Наташу инструктировал немолодой грузный вельможа с залысинами и негустыми темными волосами с обильной проседью, стянутыми сзади в хвост темной ленточкой.
– Я буду рад, если вы в дальнейшем сможете заменить мою домоправительницу, госпожу Криль, – сказал он, с сомнением оглядывая невысокую хрупкую девушку, выглядевшую значительно моложе своих 22-ух лет.
– Ставь на меня! – тихо сказала девушка по-русски и грустно улыбнулась. Видно было, что хозяин ей не рад. Впрочем, достаточно того, что он собирался сдержать свое слово.
Домоправительница, кстати, совсем не настолько старая, как можно было бы подумать со слов Орвейна, тоже не сильно порадовалась своей будущей заместительнице. Но деваться было некуда. Спасительница ненаследного, но все же принца, работать простой горничной уже не могла.
– Отдохни сегодня, дорогая, – с фальшивой улыбкой сказала домоправительница лет пятидесяти, не старше. – А завтра я начну тебя учить.
– Оно мне надо? – с тоской подумала Наташа, выходя за ворота поместья, чтобы прогуляться к морю и обо всем подумать. В домах на улице, на первых их этажах, располагались магазинчики. Девушка медленно шла, разглядывая витрины и вывески. Торговали в городе электрическими товарами: лампочками, фонариками; радиоприемниками, даже торговали, правда, очень дорогими. Даже электродрели продавались. Много было фотоателье, фотографии делались черно-белыми, но затем умельцы настолько качественно их могли раскрасить, что они почти не отличались от земных, цветных снимков. Встречались магазины с детскими механическими игрушками. И это, не считая модных лавок одежды, обуви, книжных магазинов и прочего. Наташа даже отвлеклась от мыслей о своей горестной участи, разглядывая магазинчики вокруг.