Лицо Феи нахмурилось многосложным: «Мы такими холдингами за завтраком перекусываем. Как утолим аппетит, оставшихся ломаем о колено. Ага!» Криво улыбнувшись, она откинула край халатика. Открылась завораживающая картина – трусики, чулки, подвязки, из-под которых она доставала небрежно сложенные бумаги с гербовыми печатями:
– Вот вам ордер, – откинула другой край, – вот вам постановление, – сунула руку в лифчик, демонстративно там покопалась, качнув спелой грудью, норовившей выглянуть из ненадежного укрытия, – вот вам решение суда. А это, – брезгливо склонила голову набок в сторону коробки, – компенсация за простой, моральный ущерб и арендная плата на неделю вперед.
Она двинулась вперед, уже не замечая лощеного хмыря, вылупившегося на коробку с выражением «еще более нестандартная ситуация».
– В этих документах не вписано название нашей фирмы! – Хмырь затряс бумажками вслед удаляющейся группе.
Фея, не поворачиваясь, ласково пояснила:
– Впишите сами. Не читали «Трех мушкетеров»? Кардинальская грамота, пустые строчки. Не забудьте предупредить сотрудников о свалившемся на них счастье. Надеюсь, мы встретимся с вами очень нескоро.
С бешеным остервенением хмырь яростно зашептал по рации мантры; охранники постреливали глазами в нутро коробки. Никто не препятствовал проходу странной компании к лифтам.
– Я больше не могу разговаривать с этими неандертальцами, – вздохнула Фея, когда ее понесло вверх. – Нет у меня времени. У любого чуда должна быть достойная инфраструктура, которую мне предстоит готовить. Друзья мои, разберитесь самостоятельно с оставшимися бастионами обороны. Лаской, лестью, устрашением. Поясните, что к чему. Супер-пупер-операция архигосударственного значения.
Когда двери лифта открылись, Кораблев и Кратер были вооружены. Толя мирно и беззащитно, но эффектно моргал глазами.
В то утро несколько человек таки получили по морде. Впрочем, их переживания хорошо компенсировались достойными наличными платежами.
Ozzy Osbourne: «Dreamer»
К шести вечера офис на последнем этаже «Федерации» жужжал как улей. Воистину, и без чудес Фея наладила производственный процесс. В чудесах она оказалась более способной, чем остальные демиурги – работа на Викентия Сергеевича не прошла даром.
Саня и Кратер вновь рассматривали Москву с высоты птичьего полета. Шаман украдкой потягивал пиво. Толян точил карандаши в приборе, больше похожем на многофункциональный кухонный комбайн. Мужчины чувствовали себя натуральными бездельниками по сравнению с Феей, на мгновение навестившей их.
– Как у тебя получилось? Все работает.
Фея сохранила на лице предельно деловую маску:
– В три смены. Все нанятые получили хороший аванс. Вы не возражаете?
Присутствующим пришлось сделать серьезные лица, чтобы не прыснуть в кулачок. В принципе, они могли размножить и разбросать по шикарному офису, в котором уже трудились более тридцати человек, лозунг последних суток: «Деньги для нас не проблема».
– И что дальше? – спросил Кораблев. Несколько минут назад участники боевой группы единогласно избрали его генеральным директором новой компании «Наше Небо». – Когда ты планируешь блицкриг?
– Спасение человечества откладывается на три дня, – моментально ответила Фея. – Нужно подготовить договоры, рекламу, концепцию развития. Права на ошибку у нас нет. Вы подумали о моем гонораре?
Мужчины заерзали в своих шикарных кожаных креслах.
– Да, – неуверенно ответил Саня.
– Ну и?
– Возьми мое сердце… Возьми мою душу… – негромко пропел Кратер.
– Понятненько. Вариантов нет. У вас есть три дня, чтобы определиться.
Фея стремительно вышла из огромного кабинета. Свой черный халатик она так и не сняла. Можно только догадываться, какое количество сотрудников «Нашего Неба» трудились сейчас в предынфарктном экстазе, наблюдая за ее перемещениями по офису.
Только Оля, которую заставили переодеться в гражданское и назвали громкой должностью «менеджер проекта», с ненавистью взирала на свою более успешную конкурентку по покорению сердец демиургов.
– У меня голова опухла. Ничего не могу придумать. Любое достойное вознаграждение в нынешних условиях стало до неприличия недостойным, – посетовал Саня.
– Инфляция чудес угробит РТС, – заржал Шаман.
Gerard Presgurvic: «Les Rois De Monde (Romeo & Juliette)»
Накрывая тенью целые кварталы, над Москвой плыли гигантские дирижабли. Они казались застывшими в летнем безоблачном небе. Восемь разноцветных сигарообразных пятен заплетали над городом 8-образную петлю. На тугих боках пестрели надписи о вреде курения, защите правопорядка и охране окружающей среды.