-Не надо, я здорова.
Не хочу сейчас ничего. Только нужно придумать план, как отсюда сбежать и всё выяснить.
-Вам не о чем волноваться Аврора Родионовна. Заканчивает свою речь и смело берет меня за руку. Прощупывает вену на логтевом сгибе , дезинфекция проспиртованной ваткой и укол. В нос врезается острый запах спирта... Я сморщиваюсь от неприятных ощущений, но всё же терплю. Знаю, что скоро закончится это всё...
Размышляю о происходящем в данное время, но у меня не хватает сил. Они словно меня покидают и я проваливаюсь в глубокий сон.
"Мужская фигура расхаживает у меня по комнате, пока я продолжаю лежать в постельке. Он выглядит строго, хмурые брови и злые глаза направлены прямо на меня. Рыжая борода и такая же лохматая шевелюра этого человека нагнетает ещё больше ужаса. Он ничего не говорит, просто смотрит на меня и ходит по комнате. Но весь его вид излучает опасность. Всё моё тело сковало ужасом происходящего. Я хочу что-то сказать или спросить , но не могу пошевелиться. Хочу подняться, или хотя бы сесть в кровати, но тело меня не слушается. Веду взглядом по комнате и вижу ту самую медсестру, которая что-то настраивает или проверяет капельницу. Но она на него не обращает совсем никакого внимания. Либо .... Она его просто не видит... Возможно его вижу снова только Я.
Смотрю на медсестру и пытаюсь позвать, но ничего не выходит. Она медленно встаёт, ещё раз проверяет стоящую рядом с моей кроватью капельницу и выходит из комнаты. А мне только и остается перевести снова свой взгляд на этого мужчину.
Он замечает моё внимание и тоже смотрит на меня в упор. Свет вокруг начинает мерцать, словно я не в палате лежу, а где-то на дискотеке стратоскопы мерцают. И вдруг этот мужчина разряжается громким смехом .Он звучит оглушающе и устрашающе, словно гром гремит очень близко .
Я от ужаса сжимаюсь вся в комок, закрываю глаза, а уши ладонью прикрываю. Не хочу... Не хочу слышать его. И сама пускаюсь в крик на высоких тонах. Кричу и мысленно читаю молитву "Отче Наш". Прошу, что бы это всё поскорее закончилось. Сколько всё длится не знаю, но по ощущениям очень долго."
Хлопок двери пробуждает меня от приснившегося кошмара. В палату забегает та самая медсестра и что-то обеспокоенно семенит около меня. Я ничего не понимаю и не слышу из всего того, что она изрекает. Но я уже не испытываю чувство страха и кричать незачем. Понимаю, что в данный момент прогнала этого зверя с моей территории.
Господи, что же это такое происходит?
Прокручиваю в голове всё ранее увиденное мною, и прихожу к выводу , что это совершенно точно был не сон. Это "нечто" является ко мне уже не первый раз. Вот только что ему нужно? Зачем меня тревожит? С какой целью меня пугает? И почему именно я? Может это просто совпадение?
Господи, у меня голова пухнет от множества мыслей.
Больше нет сил оставаться в белой палате. Одеваю тапочки и теплый халат поверх сорочки и выхожу в коридор. Людей практически нет. Где-то в конце коридора удаляется только что вышедшая медсестричка. Она меня уже не слышит, так как находится достаточно далеко , и через минуту скрывается за поворотом.
Продвигаясь дальше замечаю в приоткрытой двери лежащую в кровати женщину, у нее из живота торчит длинная трубка, которая тянется к прозрачному контейнеру с жидкостью висящему на руке . В воздухе витает не приятный запах мочи и чего-то гниющего... Становится очень жутко и невыносимо. Ранее не приходилось видеть такое в жизни, поэтому хочется вернуться к своим обычным мыслям и жить дальше «как получается», а не «как хочется». Ибо это и есть настоящая жизнь...
-Аврорушка, унученька. - слышу где-то в стороне до боли знакомый и такой родной голос моей бабушки.
Поворачиваюсь и встречаюсь взглядом с ней.
-Бабуля... Бабуличка Надюличка... - бросаюсь бежать к ней на встречу, но боль в пятке не позволяет этого сделать. Поэтому со стороны это выглядит так, словно я как-то неуклюже хромаю и медленно передвигаюсь практически на одном месте , но с бобоЛьшим энтузиазмом . -Что ты тут делаешь? Как в город добралась?
-А як же, я переживаю за тэбэ . Чего ты робляла, як ногу соби повредила?
А я от переполняемых меня чувств всхлипываю, пытаюсь сдерживать поступившие горошины влаги в глазах и мгновение спустя все же разряжаюсь слезами. Почему-то именно еёл юбовь и заботу воспринимаю искренней. Только она меня всегда поддерживала по любому поводу. Родителей даже ругала, когда они меня за что-то наказывали или просто кричали.
Обнимаю её крепко-крепко и вдыхаю аромат жареных пирожков.
-Мммм, с картошкой?- мычу ей в плечо и делаю предположения.