Галя ничего не отвечает, только устало прикрывает глаза.
— Может, её в больницу отвезти? Лицо опухает. У неё может быть сотрясение.
— Кто это сделал?
— Галя не сказала? — я ловлю ладонь девушки и ласково сжимаю.
— Нет, — Дима поджимает губы.
Вижу, как сильно он зол. Второй раз за день этот парень меня удивляет. Когда-то я думала, что он такой же дурак, как Никита и Влад.
— Никита ударил.
— Этот ушлёпок? Совсем с катушек идиота кусок слетел? Пойду, поговорю с ним.
Дима аккуратно поднимается, перекладывая голову девушки на диван. И быстрым шагом покидает гостиную. Я пересаживаюсь к девушке и с нежностью провожу пальцами по её лицу.
— Янчик, я не подличала, — едва разжав губы, хрипит девушка. — Честно. Ничего не делала.
— Всё. Всё, не нужно. Не говори ничего. Я верю. Извини меня. Я была неправа. Вспылила из-за Никиты. Он в последнее время совсем ненормальным стал.
Я убираю волосы с её лица, заправляю за уши. Стираю кровь влажным полотенцем. И так стыдно становится за то, что я её наговорила в туалете.
— Галь, нужно в больницу…
Меня грубо перебивает Влад, появившийся неожиданно подле нас.
— Ничего себе у тебя рожу перекосило, — выдаёт грубо, смотря в опухшее лицо подруги.
Я вижу, как начинают подрагивать губы девушки. Чёрт. Что за идиот?
— Это всё, что ты хотел спросить? — грубо перебиваю его.
— Я принёс попить, — протягивает бутылку воды.
— Не хочу. Спасибо.
— Наверх со мной не пойдёшь? — вздёргивает бровь.
— Иди ты лесом, Влад! Оставь Яну в покое! Дурак пустоголовый.
— Что, силиконовая долина, больше я тебе не нравлюсь? — криво усмехается парень.
Я смотрю в его глаза и понимаю, что он нетрезв.
Я склоняюсь над подругой, провожу пальцами по её щеке и шепчу на ухо:
— Не обращай на него внимания, хорошо? Он идиот. Он нетрезв сейчас. И я не хочу, чтобы ты вновь получила по лицу.
Галя едва заметно кивает.
Влад ещё что-то говорит, но, не дождавшись реакции с нашей стороны, уходит, кинув что-то оскорбительное. Я поджимаю губы.
— Галь, поехали в больницу. Мне кажется, что у тебя сотрясение.
— Не хочу. Домой хочу.
— Сейчас. Кого-то дождёмся. Я Сашу найду, попрошу отвезти.
— Сашу? — тихонько хмыкает подруга, открывая глаза и смотря на меня серьёзно. — Неужели этот молчун осмелился к тебе подойти?
— Что? — я мучительно сильно краснею и дёргаюсь, отводя взгляд.
— То-то я гляжу, губки припухли, глазки блестят.
— Галя! — смущённо бормочу себе под нос. — Ну что ты говоришь такое?
— Как он тебя сегодня красиво спас, когда завалился со стулом назад и пролил на себя сок.
— Это случайность, — нервно дёргаюсь.
— Не случайность, Янусь. Не случайность. Он спас тебя. Отвлёк всё внимание на себя. Он же с первого курса смотрел на тебя, а ты не замечала.
— Чего? Что ты такое говоришь?
— Не помнишь, как я тебе на первом курсе на посвящении говорила с ним потанцевать? Забыла?
— Не помню, — хлопаю в растерянности глазами. — Я не помню…
Шепчу и прикусываю губу, напрягая память.
— Вспоминай, крошка.
Я тут же вздрагиваю, а по моей спине бегут мурашки. Он меня так называл. Но сладким и искушающим шёпотом.
— Снова засмущалась, — Галя улыбается и охает, когда из губы снова начинает сочиться кровь.
— Поехали в больницу.
— Вон. Твоей красавчик тебя взглядом ищет. Как всегда, когда появляется в помещении, где ты.
— Всё. Всё, хватит, прошу тебя. Я же с Ником встречаюсь.
Галя переводит на меня красноречивый взгляд и качает головой. Я понимаю её без слов. Я сейчас глупость сморозила. Какие могут быть отношения после всего того, что он сказал?
Я опускаю голову и кидаю взгляд исподлобья на Сашу. Снова дыхание спирает и губы пересыхают. Красивый какой. И высокий. Снова хочется оказаться в его руках и почувствовать частое дыхание на лице.
Я окончательно теряю голову.
В горле резко пересыхает, я открываю бутылку воды и залпом выпиваю почти всё сразу. Я снова ловлю взгляд Саши. Такой жадный, что становится не по себе. Будто он готов меня съесть. Проглотить. Или откусить кусочек.
И меня так ведёт от этого взгляда. Что хочется отдать ему всё, что он только пожелает. Всю себя.
Если бы вдруг он в темноте решил зайти дальше, я бы… не стала останавливать. Не смогла бы. Не захотела бы.
— Эй, Галчонок, как ты? Птичка? — я вздрагиваю и медленно моргаю, выныривая из бездонного серого омута.
Боже! Какие красивые глаза! Глубокие и умные.
Смотрю в лицо Димы.
— Боже! Дима! Что случилось с тобой? Что с лицом?
— Одному конченому идиоту рассказал, как нужно правильно себя вести с девушками. Галь, я тебя отвезу в больницу.