Мозг отказывается адекватно обрабатывать информацию. Я не думала о таком когда мы с Максимом… О, господи! Ну он не может быть из тех, кто…? Он же не такой, правда?
Внутри меня разворачивается настоящая буря из мыслей, и я не знаю, какую из них хватать первой. Я не знаю, что мне делать сначала.
— Мы просто… это не было запланировано, — бормочу я, чувствуя, как мои руки начинают дрожать. — Это случилось так быстро. Я думала, что всё под контролем. Но сейчас… Господи, ну почему я вовремя не остановилась?
Во взгляде Маши, помимо ожидаемого сожаления, плещется еще и раздражение.
— Поль, ну нельзя так в омут с головой. Морской воздух что ли из тебя все мозги вышиб? Это же не игра в угадайку. Это твоя жизнь и здоровье.
Упираюсь локтями в колени, прячу лицо в ладонях. Пытаюсь глубоко дышать, чтобы унять паническую волну, которая грозит поглотить меня целиком.
— Я просто… не думала, — шепчу сдаваясь. Вот она правда, которая меня так страшит.
Влюбившись впервые в жизни по-настоящему, я позволила себе не думать ни о чем. Я доверилась мужчине, который был рядом… А теперь меня настигают плоды собственной беспечности. Правду говорят, любовь делает нас дураками.
Чувствую, как ком поднимается в горле. Едва удерживаюсь от того, чтобы не расплакаться прямо здесь, на этих дурацких качелях.
— Слушай, — говорит Маша мягче, — сначала пошли купим тест. Потом поедем ко мне и позвоним в клинику, запишешься к врачу. Сдашь анализы и проверишься. Рвать на себе волосы еще рано.
Она делает паузу и кивает в сторону ближайшего супермаркета, который виден за углом.
— Идём.
Пока Машка стряпает для нас некое подобие бутербродов, я продолжаю гипнотизировать коробку с тестом на беременность. Как будто если долго на нее смотреть, но вопрос с беременностью сам собой рассосется.
Но коробка, увы, никуда не исчезает. Лежит прямо передо мной и неумолимо напоминает про то, что сегодня может измениться вся моя жизнь.
Обхватываю чашку с горячим чаем ледяными пальцами и делаю осторожный глоток.
— Ешь давай, — поставив на стол тарелку с поджаренными тостами, обмазанными сливочным маслом и покрыты тонким твердого сыра, Машка садится напротив. — Не хватало еще, чтобы ты в обморок грохнулась.
Пока я несмело жую хрустящий хлеб, подруга активно стучит пальцами по экрану своего планшета. Её лицо сосредоточенно, как будто она прямо сейчас решает чрезвычайно важную мировую проблему. Что, в каком-то смысле, так и есть — она ищет адреса ближайших лабораторий, в которых смогут взять все необходимые мне анализы.
— Поела? — вдруг спрашивает она, оторвав голову от планшета. — Иди делай тест.
Отвожу взгляд в сторону, избегая прямого контакта со зловещей маленькой коробочкой, словно она меня может съесть. Глупо, конечно, но именно так я себя чувствую.
— Я… я не хочу, — бормочу несмело, внутри в очередной раз всё сжимается от леденящего ужаса. — Уже всё прошло, Маш. Это точно котлета была. Я бутерброд сейчас съела и мне полегчало.
Подруга настолько сильно хмурит лоб, что сразу становится ясно: она не верит ни одному моему слову. И не пытается скрыть своего недоумения из-за того, что я всё ещё пытаюсь увиливать от неизбежного.
— Котлета? — Сарказмом, звенящим в её голосе, можно запросто заполнить целую комнату. — Ну-ну.
Она резво встаёт из-за стола и идёт к холодильнику. Задумчиво стоит у открытого двухдверного великана, что-то выискивая среди заставленных полок.
— О, — восторженно восклицает и засовывает руку куда-то вглубь холодильника.
Маша возвращается за стол с запаянной упаковкой сыра, того самого который так любит её отец — дорогой французский с плесенью и травами. Подруга всегда меня им угощает, когда я прихожу в гости. Мне, как оказалось, тоже по душе такие странные деликатесы.
Но сейчас… как только Маша открывает упаковку и по кухне мгновенно распространяется запах некогда мною обожаемого сыра, съеденный пару минут назад тост с маслом тут же просится наружу.
— Маш… — я пытаюсь сказать, чтобы она как можно скорее убрала продукт обратно в холодильник, но не успеваю.
Меня накрывает новая волна тошноты — сильнее, чем предыдущая — и я срываюсь с места. Несусь к ванной комнате, едва успевая зажать рот рукой. Кажется, что ещё секунда, и я точно упаду в обморок.
— Прошло у неё, ага, — слышу язвительный голос подруги за спиной.
Захлопываю дверь и опираюсь на раковину. Пытаюсь проглотить едкую желчь, что обжигает горло. Дышу носом, пытаясь успокоиться. Смачиваю руки холодной водой и вытирают ими лоб, шею.