Так проходили дни, и время бала неумолимо приближалось.
Стэнн
— Ну, как идут приготовления к балу? — зашёл в кабинет Начальника Рэвалли. — Как у Селены дела? Справляется?
— Лучше не спрашивай, — махнул рукой принц. — Я как на неё посмотрю, мне её жалко становится. Целыми днями то Книгу этикета зубрит, то танцует, то столовые приборы изучает. А ещё в маминых родственных связях разбирается, раз уж она её родственницей оказалась. Похудела уже, осунулась. Я всё боюсь, что надоест ей эта постоянная гонка, и пошлёт она всех нас к кимраку.
— Не пошлёт, — улыбнулся менталист. — Разве ты не чувствуешь, что ей это интересно?
— Только это и успокаивает, — вздохнул Стэнн. — Но переживает она очень. Боится, что от волнения либо в фигурах танца запутается, либо на пиру не той вилкой есть начнёт. А позорить леди Икэссу, чьей родственницей она, якобы, является, ей не хочется. Вот и нервничает постоянно. Если бы мы её сразу иномирной принцессой объявили, было бы легче: иномирцы имеют право не знать тонкостей дворцового этикета. Но раз Портал стал государственной тайной, а Селена превратилась в местную аристократку, ошибок ей допускать нельзя. Вот она и мается.
— Я думаю, она справится. А если что — ты поможешь, выкрутитесь, — успокоительно произнёс Рэвалли. И с любопытством спросил: — А в каком наряде ты на бал пойдёшь?
— Лучше не спрашивай, — снова повторил Стэнн и рассмеялся: — Надеюсь, дедушка меня не выгонит с бала за разрушение моральных устоев. Селена такое придумала!
— Покажи, — заинтересовался главный модник Тайной Полиции.
Стэнн провёл рукой над листом бумаги, и Рэвалли увидел проявившийся на бумаге силуэт Начальника в очень необычном костюме. И даже присвистнул:
— Вот это да!
И тут же продолжил расспросы:
— А лорд Джэффас?
— Смотри.
Стэнн снова провёл рукой над чистым листом.
Рэвалли долго и внимательно рассматривал рисунки, потом поднял глаза на выжидательно смотрящего друга и задумчиво сказал:
— Интересно. Теперь я понимаю, в каком направлении думать надо. Сделаю себе что-нибудь похожее.
— Не испугаешься? — усмехнулся Стэнн.
— Постараюсь, — хмыкнул Рэвалли, и друзья рассмеялись.
И тут раздался мыслезов дежурного:
«Лорд Бэйнирос пришёл, просит аудиенции».
«Проводи ко мне в кабинет», — ответил Стэнн и, поморщившись, щёлкнул пальцами. Листы с рисунками вспыхнули и мгновенно превратились в кучку пепла, которую Стэнн тут же отправил в открытое окно.
— Что? — спросил Рэвалли.
— Лорд Бэйнирос, — хмуро ответил Стэнн.
Пояснений не потребовалось.
— Сочувствую. Он всё ещё на что-то надеется? — Рэвалли встал, двинулся к дверям.
— Не знаю. Он только с отцом говорил, со мной ещё не общался.
— Удачи.
Рэвалли вышел и, пока закрывалась дверь, Стэнн успел услышать, как тот вежливо здоровается с подошедшим лордом.
Дверь снова распахнулась, и грузный лорд важно вплыл — иначе и не скажешь — в кабинет Начальника Тайной Магической Полиции.
— Доброго дня, лорд Бэйнирос, — встав, слегка наклонил голову Начальник.
Вообще, по этикету, первым должен был поздороваться лорд, но Стэнн решил выказать уважение отцу своей бывшей наречённой.
— Какой ветер занёс вас в наши края?
— Доброго дня, лорд Стэнн, — поклонился лорд Бэйнирос. — Надеюсь, что попутный.
— Я вас слушаю, — Стэнн снова сел, жестом разрешил сесть посетителю. Тот тяжело опустился в кресло, поёрзал, не зная, как начать разговор:
— Я думаю, вы догадываетесь, о чём, точнее, о ком я хочу с вами поговорить.
Стэнн промолчал, выжидательно глядя на лорда.
— Я понимаю, лорд Стэнн, вы молоды, влюбчивы. Сегодня вам нравится одна девушка, завтра — другая. Для вас это всё — игра. Но сердце девушки — не игрушка. Кэйти очень страдает из-за вашей, скажем так, поспешности, с которой вы поменяли своё решение по поводу свадьбы. Вы ведь давали ей слово…
— Когда? — приподнял бровь принц.
— Что — когда? — не понял лорд.
— Когда я давал ей слово?