— Извините, я оказался плохим хозяином, — сказал он, не отвечая на вопрос лорда. — Даже сесть вам не предложил. Лорд Фэрринг, может, познакомите меня с вашими коллегами?
И, наконец, присмотрелся к будущим дипломатам. А ведь он их всех знает! Они все — люди достаточно известные. Лорд Вэйсли — придворный, входящий в свиту Короля. Лорд Гэнрик — самый богатый человек в Лэнмаре, глава торговой гильдии, все купцы ему дань платят. И — Древние Боги! — лорд Бэнри, один из Колдунов Короля. Как он смог туда пробраться?! Ведь Королевских Колдунов чуть не под микроскопом проверяют, прежде чем взять на службу!
— Впрочем, мы, оказывается, давно знакомы? — перебил принц начавшего представление Фэрринга. Голос его был сух и деловит. — Присаживайтесь, лорды.
Первым сел за стол, крепко сжав губы и не глядя на рассаживающихся напротив него дипломатов.
И в этот момент вошёл Рэвалли. Окинул взглядом живописную компанию: напряжённо сидящих лордов, виновато глядящего Фэрринга, злого, как кимрак, Стэнна, и сразу всё понял. Встревожено подумал: надо всех успокоить, пока Стэнн не взорвался и не наговорил им такого, за что потом самому стыдно будет. Улыбнулся доброжелательно, сказал весело:
— Извините, я опоздал. Как я понимаю, здесь собрались земные послы?
— Да, — ответил за дипломатов Стэнн. И всё-таки не сдержался: — И я чувствую себя последним идиотом! Я недостоин занимать свою должность. У меня под носом в течение многих лет вели деятельность земные шпионы, а я и не заподозрил ничего. И даже дружил с ними.
Голос Начальника дрогнул, а Фэрринг вздохнул и отвёл глаза.
— Не ты один, — успокоительно сказал Рэвалли. Подошёл к другу, положил руку ему на плечо. — Если так рассуждать, всю Тайную Полицию надо разогнать, да и Колдунов Короля тоже.
— Все эти годы больше всего мы боялись именно вас, лорд Стэнн, — внезапно усмехнулся глава торговой гильдии. — Мы понимали, что если вы хоть на мгновение что-то заподозрите, то уже не остановитесь, пока не выведете нас на чистую воду. Поэтому старались держаться от вас подальше.
Стэнн хмыкнул, но глаз от стола так и не поднял.
— И правильно делали, — спокойно подтвердил Рэвалли. — Он бы вас в покое не оставил. Но меня сейчас больше интересует, как вам удалось внедриться в круги высшей знати так, что мы ничего не заподозрили. Ведь мы проверяли ваши родословные до пятнадцатого колена.
— Каюсь, — вступил в разговор Королевский Колдун. — Я подделал документы. А потом мы подкинули их во все архивы. Это была огромная работа, но мы не торопились, слишком высоки были ставки. Подготовка к внедрению заняла около тридцати лет. Ведь, помимо документов, надо было и нашим родственникам внушить, что мы существуем. Впрочем, как вы, конечно, знаете, мы все — сироты, и родни у нас мало. Но, тем не менее…
— Значит, вы все старше, чем считаетесь по документам, — задумчиво сказал Рэвалли.
— Да. Когда мы, якобы, в двадцать пять лет поступали в Высшую Школу, нам всем было уже далеко за сотню. А сейчас нам под триста. Кроме Фэрринга, он присоединился к нашей компании позже.
— Вы хорошо сохранились, — пробурчал Стэнн.
— Что? — переспросил Колдун, и вдруг расхохотался так весело и заразительно, что и остальным не удалось сохранить серьёзное выражение лиц, и вскоре хохотали все, выплёскивая в смехе накопившееся напряжение. Даже Стэнн не удержался, заулыбался. И когда смех затих, атмосфера в кабинете заметно изменилась.
— Что ж, — Рэвалли сел рядом со Стэнном и посмотрел на дипломатов. — Давайте обсудим наше взаимодействие. Кто из вас главный?
— Я, — ответил Фэрринг, опять бросив виноватый взгляд на Стэнна.
— Значит, вы будете главой дипломатического корпуса?
— Если лорд Стэнн не будет возражать…
Фэрринг вопросительно посмотрел на бывшего друга. Тот сжал губы и неохотно кивнул.
— А с чего ему возражать? — спокойно спросил Рэвалли. — Назначение главы дипломатического корпуса — прерогатива Земли, а не Начальника Тайной Магической Полиции. Как вы собираетесь строить вашу работу?
И разговор перешёл в деловое русло.
Когда все вопросы были обсуждены, а документы подписаны, Фэрринг, складывая бумаги в папку, сказал:
— У нас остался ещё один вопрос, очень важный для нас. Нам бы не хотелось, чтобы нас сейчас под благовидными предлогами изгнали с наших должностей.
Рэвалли прищурился:
— Но вы же понимаете, что держать при дворе сразу трёх… — он запнулся, но тут же продолжил: — иномирцев мы не можем. Это может оказаться опасным для Его Величества.
— Вы, как всегда, очень вежливы, лорд Рэвалли, — усмехнулся Фэрринг. — Да, держать при дворе трёх шпионов — опасно. Но мы — не шпионы. И готовы принести смертельную магическую клятву о непричинении вреда и пройти ментальный допрос. Думаю, этого будет достаточно, чтобы вы снова стали нам доверять?
Смертельную клятву? Стэнн посмотрел на Рэвалли. Мало кто из придворных согласился бы принести Королю такую клятву, слишком большой риск для жизни. Клятва не признавала сомнений, и даже раздумья об измене могли послужить для неё спусковым крючком. А мало ли какие мысли порой бродят в головах самых верных придворных? Особенно, попавших под горячую руку разгневанного Короля. Но, видимо, земляне уверены в себе и своих мыслях, раз готовы пойти на такое.
Да и ментальный допрос — процедура достаточно неприятная. Снять все щиты и позволить лорду Рэвалли посмотреть всё, что он пожелает, вплоть до самых тайных уголков памяти. Мало кому хочется полностью обнажать свои мысли и чувства перед главным менталистом страны. К тому же часто такой допрос бывает весьма болезненным. Ведь одно дело — посмотреть верхний пласт воспоминаний, а другое — углубиться в такие дебри, в которые человек и сам давно не заглядывал. Поэтому ментальный допрос проводят только опасным государственным преступникам, желая найти его сообщников и понять, как он дошёл до жизни такой.
И, если земляне согласны подвергнуться таким испытаниям, значит, намерения у них самые честные и опасаться их не стоит.
— Я поговорю с Его Величеством, — кивнул Стэнн. — Если он согласится, вам сообщат. И ещё: Король ждёт вас послезавтра за час до обеда для знакомства и переговоров. Думаю, он будет сильно удивлён…
— Передайте Его Величеству, что мы будем счастливы встретиться с ним, — сказал Фэрринг, вставая. И добавил: — Мне жаль, Стэнн, что так получилось.
— Мне тоже, — хмуро отозвался Начальник Магической Полиции.
Дипломаты поклонились и вышли из кабинета. Рэвалли проводил их взглядом, повернулся к мрачно молчащему другу и задумчиво спросил:
— Интересно, кто-нибудь из ребят догадался, что они — шпионы?
— Не знаю, — неохотно ответил тот. — Давай посмотрим.
— Подожди, — остановил его Рэвалли, старательно отвлекая Начальника Полиции от невесёлых раздумий. — Сам как думаешь, кто-нибудь угадал?
Стэнн задумался:
— Может, Лэррис. И то сомневаюсь. Скорее всего, нет. Они здорово маскировались.
— Я тоже так думаю. Доставай.
Стэнн открыл сейф, вытащил исписанные Тайными Полицейскими листочки. Стал вслух зачитывать имена, желая, чтобы хоть кто-то из Тайных Полицейских правильно вычислил иномирных шпионов, и, одновременно, боясь этого, как подтверждения собственной несостоятельности.
Но ни на одном из листочков имён только что побывавших здесь дипломатов не было.
Селена
Весь день мне было не по себе. Встреча с Королём пугала своей неожиданностью и волновала важностью: ведь от того, какое впечатление я произведу на Короля, зависела вся моя последующая жизнь в Кэтанге.
Вечером, когда мы после ужина вышли в сад посидеть на скамейке возле фонтана, я спросила любимого:
— Стэнн, расскажи мне о Короле. И о дяде Гэйнисе тоже. Как мне к ним обращаться? И вообще, как будет приём проходить? Много народу будет?
— Волнуешься? — обнял меня за плечи Стэнн.
— Да. Мне как-то раньше не приходилось с королями общаться. Он тебя не ругал за то, что ты себе такую безродную бесприданницу выбрал?