У Барду они прожили дней пять, а потом Дину удалось недорого снять мазанку на самом краю поселка.
Проснувшись однажды утром, Басанти обнаружила, что Дину рядом с нею нет. Протирая заспанные глаза, она вышла из мазанки и увидела закутанного в старенькую порванную накидку Барду, который сидел у двери. От давно не мывшегося Барду пахло помойкой.
— А где Дину? — спросила Басанти.
В ответ Барду рассмеялся, оскалив гнилые зубы.
— Дину больше не вернется сюда.
— Почему?
— Он уехал.
— Куда уехал? — Она удивленно раскрыла глаза.
— Домой… в деревню.
Дину действительно несколько раз заводил разговор о поездке в деревню. Он говорил, что в деревне продаст урожай и привезет немного денег, но чтобы уехать тайком, не сказав ни слова, — такое не укладывалось у нее в голове…
Лицо Барду было худое, бескровное, накидка — грязная, рваная, волосы давно не чесаны.
— Ты оставайся тут, — сказал наконец он. — Ни о чем не беспокойся.
Басанти заволновалась.
— Дину говорил что-нибудь тебе? Что он говорил? Куда уехал?
— Больше сюда не вернусь — вот что он сказал.
— Вернется — не вернется, тебе-то какое дело?
— Как то есть какое? — обнажая гнилые зубы, рассмеялся Барду. — Я из своего собственного кармана выложил ему три сотни рупий.
— За что же это сразу три сотни?
— А за тебя… Эти деньги я за тебя отдал…
Что он говорит?! Басанти смотрела на него широко раскрытыми глазами.
— И не стыдно тебе? А еще друг называется! Вчера только сестрой меня называл.
Слова его больно задели Басанти. Прошлой ночью она действительно обнаружила в кармане у Дину триста рупий и несказанно удивилась этому. Когда она спросила Дину, откуда деньги, тот сказал, что продал велосипед, хотя велосипед, как и прежде, стоял у двери. После того как Дину рассчитали из общежития, он ничем не занимался и даже не пытался искать работу. Целыми днями бродили они с Барду по улицам, горячо обсуждая что-то.
— Ты не жена ему, — прервал молчание Барду. — Его жена живет в деревне, к ней он и поехал. А тебя он продал мне. Я женюсь на тебе… по всем правилам. Устрою свадьбу, приглашу членов общины. Денег на это я не пожалею.
Неожиданно Басанти расхохоталась. Откуда только и смелость взялась! Она прошла в мазанку и появилась оттуда с замком, которым, уходя, они обычно запирали свое жилище. Плотно захлопнув за собою дверь, она повесила замок и положила ключ в карман.
— А чем ты докажешь, что он продал меня?
— Разве не достаточно того, что я говорю?
— Тебе, Барду, он продал свой велосипед, — спокойно возразила Басанти. — Меня он не продавал.
— За велосипед я уплатил ему отдельно — сто рупий.
— Откуда бы тебе взять такие деньги, Барду? Сам-то живешь в халупе.
— Тебе не придется там жить. Ты, как и прежде, будешь жить здесь, я тоже переберусь сюда.
Басанти незаметно все дальше отодвигалась от двери, потом повернулась и быстро зашагала прочь.
— Ты куда?
— Готовь свадебный поезд! Я сейчас вернусь!
Барду рванулся следом за нею, но Басанти быстро пересекла пустырь и оказалась на улице.
— Ты куда? Ты куда несешься? Возвращайся добром, не то…
— Не то что?
— Не то верну силой.
— Силой вернет! Тоже мне силач нашелся! — бросила Басанти и выбежала на проезжую часть улицы, в эти часы запруженную повозками, велосипедами и моторикшами. — Пойди сначала в Джамне отмойся! — повернувшись, насмешливо крикнула она. — А еще лучше вон в том вонючем пруду! Эх ты! Жену друга купить надумал! — И, ловко лавируя в уличном потоке, Басанти устремилась дальше.
— Я это так не оставлю! Я целых три сотни выложил из собственного кармана!.. Добром, говорю, вернись, не то хуже будет!
Но Басанти пересекла улицу и, торопливо шагая по тротуару, скрылась в узких переулках Сат-нагара.
Хотя Басанти удалось выскользнуть из лап Барду, он был уверен, что в конце концов она сама придет к нему: ведь в этом огромном городе голову приклонить ей все равно негде. Несколько дней ей удавалось скрываться. Вспомнив всех знакомых, которые жили в разных концах города, кроме Рамеш-нагара, она будто случайно навещала их. Однако проходил день-другой, и, поблагодарив гостеприимных хозяев, Басанти отправлялась дальше. Барду разыскивал ее по всему городу. Напав случайно на след, он целыми днями шнырял по поселку, где скрывалась Басанти. На несколько дней ее наняли судомойкой в один дом рядом с рынком. Спать ей разрешали на веранде. Это было совсем неплохо, но долго продолжаться так не могло — недавно около рынка она заметила Барду. Убедившись, что на ее след напали, она незаметно выскользнула из дома, села в первый попавшийся автобус и доехала до самого конца. Так во время своих скитаний по Дели она неожиданно встретила знакомую женщину из их поселка. Женщину звали Лали, у нее было два домика, в одном она жила сама, другой сдавала. Лали отнеслась к Басанти как к родной сестре, приютила у себя, устроила на работу, но уже через неделю с работой пришлось распрощаться: у девушки начались головокружение, рвота, постоянные слабость и недомогание…