— Думаю, да.
Глава 52
1855
Эдвин
Эдвин стоял на лестнице, рассматривая пляж через окно. Послышался звонок в дверь, а затем приглушенный разговор. Мужчина решил проигнорировать голоса: жена внизу, разберется, и повернулся, чтобы направиться в спальню. Но Фрэнсис, наклонившись через перила, позвала его:
— Это мистер Харгривз. Он просит тебя.
Эдвин вздохнул: ему сейчас не до фальшивых дружеских встреч. Но что делать? С соседями надо дружить. Тяжело переступая, он спустился в холл.
Агнес, угрюмая и молчаливая, провела Эдвина в гостиную. Мистер Харгривз стоял у камина со шляпой в руках.
— Эдвин, — слишком оживленно произнес сосед, протягивая руку.
— Маркус! Садитесь. Что привело вас?
Гость молчал. Эдвин заметил, как пальцы соседа нервно сжимали края шляпы. Волна беспокойства пробежала по телу. Неужели Маркус в курсе того, что Эдвин и Вайолет наслаждались более близкими отношениями, чем следовало?
— Боюсь, у меня неприятности, о которых я должен поведать.
Эдвин вздохнул.
— Говорите.
— Похоже, моя дочь, Вайолет, имеет к вам влечение.
Эдвин улыбнулся:
— О, нет. Все лишь молодая девушка с безобидной фантазией.
Маркус нахмурился.
— Хотелось бы, чтобы с безобидной. — Он повертел шляпу в руках. — У нее интерес к живописи, знаете ли.
— Да, она говорила.
— К своему стыду, я обнаружил, что интерес этот наполнен излишним энтузиазмом.
— Продолжайте.
Вид отца девушки был жалким. Он понизил голос:
— Она рисовала вас. Я нашел наброски. Вы там почти голый, без рубашки.
Эдвин изобразил на лице правдоподобный ужас и покачал головой.
— Боже мой! Какое яркое воображение! Маркус, дорогой сосед, пожалуйста, не расстраивайтесь. Наша дружба не пострадает.
Мистер Харгривз устало потер переносицу:
— Ах, Эдвин! Я в растерянности и чувствую вину. Мне нужно было жениться. Ведь девочка нуждалась в матери. Меня часто не было, и дочь оставалась без присмотра. У нее бурная фантазия.
— Маркус, пожалуйста. — Эдвину было неловко. Он не терпел откровенных эмоций, особенно мужских. — Вы должны успокоиться. Где сейчас эти рисунки?
— Я попросил Филипса, нашего садовника, уничтожить их. И те, где изображены вы, и все остальные. Необходимо в зародыше пресечь это неприличное увлечение, пока оно не вышло из-под контроля.
Эдвин ужаснулся:
— А много картин?
— Достаточно. Не все такие пошлые, как с вашим портретом. Но, очевидно, дочь проводила слишком много времени за этим занятием. Времени, которое можно было потратить на что-то более полезное и нужное.
— Маркус, не волнуйтесь. Я не злюсь ни на Вайолет, ни на вас. Должен признаться — это не первый раз, когда у молодой женщины появляется интерес ко мне. Фрэнсис подтвердит. Боюсь, я неисправимо наивен: иногда мои попытки помочь молодым приводят к обратным результатам.
Маркус неуверенно улыбнулся.
Эдвин продолжал:
— Фрэнсис, я и все мое окружение знают, что я ничего специально не делаю, чтобы поощрить подобное поведение. Ваша Вайолет — просто девушка с ярким воображением и обилием свободного времени. Но ничего плохого в этом нет.
Он ободряюще улыбнулся Маркусу. В то же время мозг его лихорадочно обдумывал ситуацию. Как успеть спасти рисунки Вайолет? Как добраться до Филипса? Надо избавиться от Маркуса.
— Меня только одно беспокоит: можно ли доверять Филипсу?
— В каком смысле?
— На данный момент только вы, Вайолет и я знаем о набросках, так?
Эдвин солгал, вспомнив Лоуренса, старика в поезде, покупателя в Йоркшире…
— Верно. И Филипс, конечно. Хотя он их еще не видел.
— Я просто боюсь, что парень не удержит язык за зубами. Вы же знаете, какой может быть прислуга. Пойдут слухи. А я не могу допустить, чтобы пустая болтовня навредила моей репутации.
Маркус побледнел:
— В самом деле. Я не подумал.
— Не страшно. — Эдвин встал. — У меня появилась мысль. Побудьте здесь, мой друг. Я попрошу Фрэнсис составить вам компанию. Пожалуйста, угощайтесь выпивкой, успокойте нервы. А я пойду к вам и поговорю с Филипсом. Постараюсь убедить его держать это дело в секрете.
У Маркуса будто груз спал с плеч. Он был рад, что кто-то другой взял на себя ответственность.
— Хорошая идея, если вы не против?
Эдвин похлопал соседа по плечу.
— Конечно нет. Устраивайтесь поудобнее. Я ненадолго.
Он нашел Фрэнсис на кухне за разговором с Агнес.
— Маркус расстроен, — обратился к ней муж и вкратце посвятил жену в то, что произошло, игнорируя ее выражение лица.