— Ошибаетесь, — прошептала она. — Вы не знаете, с кем имеете дело.
— У вас нет возможности сбежать, Госпожа Джой, — агент сделал шаг вперед, его серые глаза холодно блестели. — Мы уже обыскали вашу квартиру и изъяли меч.
Санни замерла. Впервые за долгие годы по ее спине пробежал настоящий холод.
— И что с того? — ее голос звучал спокойно, но пальцы под перчаткой непроизвольно сжались. — Какое мне дело до меча?
Агент усмехнулся, доставая из внутреннего кармана пиджака небольшой свиток с древними символами.
— А с того, — он развернул пергамент, — что без него вы погибнете, не имея возможности больше поддерживать свое бессмертие.
Толпа вокруг них продолжала двигаться, люди смеялись и разговаривали, совершенно не замечая странную группу. Санни почувствовала, как что-то шевельнулось у нее в груди — не страх, а нечто более древнее и опасное.
— Умно,*— она наклонила голову, и ее тень вдруг стала неестественно длинной. — Но стоило учесть тот факт, что если я и действительно живу столько, сколько вы думаете...
Ее глаза вспыхнули золотым огнем на секунду.
— ...я давно бы уже хотела смерти.
Агент нахмурился. Его рука потянулась к скрытому под пиджаком оружию.
— И все-таки не хотите, раз меч был с вами, — он кивнул своим людям, и те сомкнули круг. — Не стоит сопротивляться. Будет лишь хуже.
Глава пятая: не подтверждение - но и не отрицание.
США, ???, 2015 год. Глубокая подземная база. Комната с зеркальным стеклом.
Санни сидела за металлическим столом, её запястья сдавлены тяжёлыми наручниками с выгравированными на них рунами. Они жгли кожу при каждом движении, словно раскалённые тиски. В углу копошилась хрупкая девушка в очках, лихорадочно перебирая стопки пожелтевших бумаг.
— Удивительно! — её тонкий голосок дрожал от возбуждения. — У нас сохранено более трёхсот рассказов и переписок о вас! И даты им… внушительные.
Она уронила папку, рассыпав пергаменты по полу, и тут же бросилась их собирать, бормоча себе под нос.
Агент, что привёз Санни, стоял у двери, скрестив руки. Его серые глаза были пусты, как у мертвеца.
— Вам нужны мы, а вы нужны нам, — произнёс он. — Всего лишь выгодный союз.
Санни усмехнулась, потянув наручники. Металл зашипел, будто реагируя на её прикосновение.
— А с каких пор ваше агентство водится с демонами?
— А вы — демон, Госпожа Джой?
Она наклонилась вперед, и свет лампы дрогнул, будто испугавшись.
— Смотря с какой стороны смотреть.
В углу девушка в очках резко подняла голову, заворожённо глядя на них.
— О-о! — она подскочила, размахивая каким-то древним свитком. — Вот! Вот же! В хрониках 1873 года вас описывают как «ту, что носит тень в ладони»! А в 1991-м…
Агент резко поднял руку, и девушка тут же замолчала, будто её выключили.
— Мы знаем, что меч — часть вас, — продолжил он. — Но эти наручники созданы, чтобы блокировать связь. Попробуйте позвать его.
— Ошибка в вашей логике.
— Какая?
— Вы думаете, я хочу его позвать.
Комната освещалась мерцающей лампой, отбрасывающей нервные тени на стены. Санни сидела напротив агента, её руки, закованные в рунические наручники, лежали на холодном металле стола.
Девушка-архивариус в углу нервно перебирала бумаги, украдкой поглядывая на них через толстые линзы очков.
— Вы столько сделали для мира, — агент положил перед Санни папку с фотографиями разрушенных зданий, демонических символов на стенах, тел с неестественно вывернутыми конечностями. — Не без греха за душой, конечно.
Санни склонила голову, рассматривая снимки.
— Как мне знается — у демонов души нет.
— Но вы ведь не демон, Госпожа Джой.
Она медленно подняла взгляд.
— Но души у меня тоже нет. —Пальцы её слегка дрогнули, в наручниках было невыносимо, кожа под ними краснела, будто обожжённая. — Так скажите, что должно меня сейчас остановить от того, чтобы пересилить адскую боль и не призвать меч?
Агент откинулся на спинку стула, его лицо оставалось невозмутимым, но пальцы слегка постукивали по столу.
— Сотрудничество, Госпожа Джой. — Он открыл другую папку — внутри лежали документы с печатями, фотографии высокопоставленных лиц, карты с отметками. — Помогите нам устранить демонов, а в ответ вы будете под нашей защитой.
Санни рассмеялась — коротко, без радости.
— Защитой? — Её голос стал тише, но в нём появилась сталь. — От кого? От таких же, как вы? От тех, кто считает, что можно договориться с тем, что уже давно перестало быть человеком?