— Вот, видишь. Ты уже шутишь в ответ. Всё выглядит не так уж и плохо, а?
— Нет, всё плохо. — Санни поставила бокал на стойку с таким звоном, что даже бармен вздрогнул. — Поэтому я советую тебе сейчас собраться и уйти, продолжить быть верным пёсиком и не лезть туда, куда тебя не звали.
Майк не переставал улыбаться.
— Хочешь ты этого или нет... Но я не уйду. — Он подмигнул. — И не бойся за свою жопу — ты не в моём вкусе. Ты рыжая.
Санни склонила голову.
— Как мило. — Её голос стал опасным шёпотом. — Ты тоже не в моём. Ты мужчина.
Он замер на секунду, потом рассмеялся снова.
— О, так вот в чём дело.
— Нет, дело в том,— Санни встала, её тень на стене вдруг стала слишком большой, — что если ты не отвалишь в следующие пять секунд, я проверю, правда ли вампиры рассыпаются в пепел от осинового кола.
Майк поднял руки.
— Ладно, ладно. — Он сделал последний глоток виски. — Но учти — я всё ещё здесь.
Шум клуба внезапно стал далеким, будто кто-то выключил звук. Санни резко развернулась на барном стуле, её рыжие волосы мелькнули в неоновом свете. Глаза вспыхнули ядовито-зелёным - буквально на секунду, но Майк заметил.
— Ладно, раз уж ты мой новый лучший друг, — её голос звучал сладко, как отравленный мёд, — расскажи-ка, за что тебя, такого милашку, посадили на цепь?
Майк лениво облизал клык, делая вид, что задумался. Его пальцы постукивали по стеклу стакана, оставляя микротрещины.
— Ох, знаешь ли... — он наклонился ближе, и его дыхание внезапно стало ледяным, — была одна маленькая... оплошность.
Санни фыркнула, но её пальцы сжали бокал так, что стекло затрещало.
— Оплошность. Малыш, оплошность это забыть покормить кота или опоздать на свидание.
— Ну... — Майк внезапно схватил её за запястье, его глаза вспыхнули кровавым. — Если бы кот был размером с город. А свидание... с целым населением.
Тишина. Даже музыка будто замерла.
Санни медленно посмотрела на его руку, потом в глаза. Её зрачки сузились в вертикальные щели.
— Весь город? — голос стал опасным шёпотом.
Майк внезапно отпрянул, как будто обжёгся. На его ладони остался красный след - будто от прикосновения к раскалённому металлу.
— Чёрт возьми! — он всмотрелся в свою обожжённую кожу, затем в её лицо. — Что ты...
— Ответь на вопрос. — Теперь её голос звучал иначе - словно несколько человек говорили одновременно. — Весь. Город?
Майк впервые за вечер выглядел по-настоящему неуверенным. Он оглянулся, будто ища спасения, но толпа вокруг них странным образом расступилась, образовав пустое пространство.
— Я... не мог остановиться, — он прошептал, и в его голосе впервые прозвучала настоящая боль. — Они называли это 'вампирским психозом'. Когда жажда...
— И теперь ты их собачка, — она засмеялась, но в смехе не было веселья. — Как мило. Монстр, которого посадили ловить других монстров.
Внезапный крик из толпы заставил обоих вздрогнуть. Где-то у входа люди начали разбегаться в панике.
— Он здесь, — прошептала Санни, и её глаза снова стали человеческими - но теперь в них читался чистая ненависть.
Майк медленно повернул голову в сторону хаоса. Когда он снова посмотрел на Санни, его лицо было искажено странной смесью страха и восхищения.
— Значит, правда...
Но Санни уже растворилась в толпе, оставив после себя лишь запах серы и расплавленный бокал на барной стойке.
Крики. Дым. Вспышки аварийного освещения. Клуб превратился в ад за считанные секунды.
Санни стояла в эпицентре хаоса, ее дыхание было ровным, несмотря на бешеный ритм сердца. Она чувствовала их - пятерых. Не людей. Не тех, кого можно отпугнуть или переубедить. Демоны уже сбросили человеческие обличья, их истинные формы рвали плоть носителей, вырываясь наружу.
Первый напал слева - длиннорукое существо с когтями, похожими на хирургические скальпели. Санни едва успела отпрыгнуть назад, когда когти просвистели в сантиметре от ее горла. В воздухе повис запах тухлого мяса.
— Милый, — прошипела она, чувствуя, как в венах закипает знакомая ярость. — Но ты не первый, кто пытался меня поцеловать.
Ее ладонь вспыхнула алым светом. Кожа на правой руке лопнула, как перезревший плод, но вместо крови - черные, как смоль, жилы вырвались наружу, сплетаясь в смертоносный клинок. Меч родился в мучительном спазме, его лезвие дышало жаром, а рукоять пульсировала в ее хватке, будто живое сердце. Изящная катана, не смотря на массивный вид в руках такой хрупкой девушки, выглядела сущей перьинкой из-за хватки.
Демон атаковал снова. Санни встретила его ударом снизу вверх - меч вошел в брюшную полость и вышел через ключицу, разрезая тварь пополам. Черная жижа хлынула фонтаном, но у нее уже не было времени думать об этом.