На мои речи ведьмы реагировали по-разному. Зелинда радостно улыбалась и показывала жестами, что она меня всесторонне поддерживает. Дей склонила голову к плечу и лукаво на меня поглядывала, а потом сказала:
- Приятно слышать, что ты так постоянна. Алан — хороший парень, я его очень уважаю и желаю ему всяческого счастья. Но вот о чём я подумала: а как вы с ним жить будете? На что теперь не проблема. Когда мы подтвердим свои права на драконьи сокровища, у него будет достаточно денег, чтобы обеспечить семью. Но он бродяга, Адель, а ты — нет. Подумай, не лучше ли будет тебе с кем-нибудь другим. Не с Генрихом, понятно. Его ты уже вычеркнула. А вот наш принц… Мне кажется, он в тебя влюблён.
Ой, опять за рыбу десять гастов! Хотела рассказать ведьмам, как чуть не вышла за Александра замуж, но тут к нам ввалился стражник и заявил:
- Гертруда Вюрцль, там к вам пришёл ваш папаша и требует свидания.
Только этого мне не хватало! Я вскочила и выпалила:
- Пусть уходит! Я к нему не выйду.
Но стражник не ушёл, а начал ныть:
- Ему так и сказали с самого начала, а он не уходит, скандалит, требует. Уже всех достал до печёнок. Сходите, что вам стоит?
Дей взяла меня за руку и сказала тихонько:
- Адель, знаю я таких людей: он же теперь никому покоя не даст. Так что давай, я наложу на тебя успокоительное заклинание, и сходи ты к нему ради всех богов. Пошли его к демонам лично, а не через посредника.
Я замотала головой. Знаю я папашу: сочинил себе новый способ вытащить из меня деньги, и пришёл. Если бы думал, что меня придётся выручать, остался бы дома. Не хочу его видеть. Если пришла бы Вилма или девочки, другое дело. Но не папаша.
Но Дейдра не отставала.
- Подумай вот о чём. Раньше ты была никем, девушкой с конфетной коробки, и не могла поставить себя так, как была достойна. А теперь подумай, кто ты сейчас. Уважаемая личность, можно сказать героиня! За тебя сейчас горой встанут такие люди, против которых твой папаша — никто и звать никак. Теперь ты главная, пойми это и запомни. А теперь иди.
И она подтолкнула меня в спину. Как это у ведьм получается? Не хотела я идти, но пошла же!
***
К визиту отца я не была готова. Ведь знала, что он придёт, с той самой минуты, когда поняла, куда нас выбросило. А когда меня узнали стражники, это стало просто вопросом времени. Но я не думала, что так скоро: папаша никогда не торопился, если только… Если у него не было плана, как получить деньги. Мне сразу надо было начинать обдумывать нашу будущую встречу, но я гнала от себя эти мысли. Вот и догналась.
Всё это вертелось у меня в голове, пока стражник вёл меня к отцу. К моему удивлению, тот ждал меня не в общей приёмной, а в каморке, в какой обычно сидели писцы. Она располагалась в другом крыле здания, но на том же этаже, в самом конце коридора. Если мне не изменяет память, как раз здесь находится архив и земельный отдел. Похоже, ради того, чтобы папа встретился с дочкой, двух писцов отправили погулять.
Мне стало смешно. Скандальный характер господина Иоганна Вюрцля так знаменит в Альтенбурге, что все, даже магистратские писцы, готовы идти на жертвы, чтобы только его не видеть и не слышать.
Отец стоял прямо в дверях каморки и приветствовал меня распростёртыми объятьями.
- Доченька моя! - воскликнул он, - Дорогая! Иди же, папа тебя обнимет!
В этот момент мне даже показалось, что он на самом деле рад меня видеть. Просто так. Без задней мысли. Выглядел он усталым, старым и несчастным. Нет, одежда на нём была чистая и добротная, в другой он в люди не выходил. Но сам… Если судить по лицу и осанке, можно было предположить, что прошло не десять лет, а все тридцать. Тогда он был моложавым, бравым мужчиной, а сейчас передо мной стоял старик.
И тут я пошла у него на поводу: не стала сразу спрашивать, что ему от меня нужно, а позволила себя обнять и даже чмокнула в морщинистую щёку. Отец всё-таки.
Когда я увидела, каким торжеством блеснули его глаза, пожалела, но было поздно. В глазах провожавшего меня стражника произошло воссоединения семьи.
Дальше отец завёл меня в ту самую каморку и я поняла, почему он встречал меня на пороге. Там не было места для родственных объятий. Огромный стол, который начинался почти от самой двери, с двух сторон от него два стула и всё. А, ещё стеллажи с папками по стенам и стопки бумаг, занимающие всё условно-свободное место. Ну что же, позиция для меня выигрышная.
Я скользнула за стол и уселась, внимательно глядя на отца. Он хотел меня видеть? Пусть сам начинает разговор. Он и начал:
- Как ты, моя девочка?
- Ничего, спасибо, папа. У меня всё хорошо.
Он воздел руки к потолку.