Прицу не пришлось ничего говорить. К Эвмену подошла Дейдра, посмотрела в глаза и спросила напрямик:
— Король запретил Александру идти в горы?
— Нет, — замялся тот, — но…
— Раз нет, то не о чем и говорить, — отрезала ведьма.
— Он велел мне его сопровождать! — выкрикнул деморализованный своим двойственным положением мужчина.
— Здесь не Сальвиния, дорогой, — протянула Дейдра своим низким голосом, пробиравшим слушателей до кишок, — Здесь я командую. Ты остаёшься в лагере. Не вздумай за нами увязаться. Один ты просто погибнешь, мне на совести такой груз ни к чему. Можешь, конечно, всё бросить и идти через долину к месту спуска, но я тебе не советую. Вдруг случайно не дойдёшь…
Эвмен запыхтел, как рассерженный ёж, но ничего не сказал. Теперь ему оставлось только уповать на судьбу: вернётся Александр с удачей и почётом — Эвмену тоже будет хорошо, а нет… О таком лучше было не думать.
Принцу хотелось рассмеяться в лицо своему назначенному другу, но он прекрасно понимал, что это выглядело бы некрасиво, а его и так тут не сильно любили. Особенно теперь, когда Дейдра ни с того, ни с сего сама выбрала его в свою команду. Он прекрасно понимал, что именно она в нём оценила. Ведьма смотрела в корень: ей нужен был в команде боевой маг хорошего уровня, а Александр первый вызвался. Он бы и сам так же выбирал людей для опасной вылазки: из обладающих нужной подготовкой тех, кто сам захотел. Так его учили. Вот только настоящих вылазок в процессе военных действий ему совершить до сих пор не удалось: на его памяти Сальвиния жила в мире с Империей, а других врагов у неё никогда не было.
Ну что ж, теперь у него будет опыт если не боевой, то приближенный к боевому.
Зелинда закончила распределять грузы и выдала каждому список того, что запихнула в его сумку. Личные вещи все собрали ещё до того, как легли спать. Оставалось всего ничего: позавтракать.
Не прошло и получаса, как спасательная команда гуськом стала подниматься по тропинке к тому месту, откуда начинался их новый путь. В верхней точке первого подъёма Элиастен приложил ладони к скале, пошептал себе под нос и сообщил:
— Ты была права, Дей, они уходят. Движутся на северо-восток, причём очень быстро. Давайте тоже поторопимся.
Но им самим от этого места пришлось какое-то время двигаться на северо-запад, потому что подняться выше и перевалить гору можно было только в этом направлении. Частями это можно было назвать тропой, но в некоторых местах приходилось применять альпинистское снаряжение, предусмотрительно отобранное Дейдрой. Шли в ход крюки, кошки, тросы, блоки и новомодное изобретение — карабины. На карте всё выглядело значительно более проходимым.
Александр сказал бы об этом вслух, но две женщины шли, не жалуясь, а уступать им он не хотел. И не важно, что не ему тягаться с боевыми ведьмами в выучке и навыках. Уступить им ещё и в силе духа принц считал для себя невозможным.
Элиастен шёл с Дейдрой, повторяя все её действия. Горы в Дарсе имелись, но по сравнению с этими их можно было счесть в лучшем случае холмиками, поэтому у потомка эльфов не было нужных умений, но он быстро учился, а силы и ловкости ему было не занимать. Александр бы с удовольствием составил ему компанию и учился вместе с дарсианцем, которого считал равным себе, но Элиастен явно показывал, что общество сальвинского принца не доставляет ему удовольствия. Поэтому пришлось пристраиваться к Хольгеру с Зелиндой.
Зельеварка и целительница была ему симпатична более других ведьм. Не потому, что нравилась ему как женщина, а потому, что отличалась лёгким, незлобивым нравом и никогда не пыталась выразить Александру своё презрение. Её друг вообще, казалось, не умел злиться. Большой и сильный как медведь, Хольгер выглядел немного неуклюже, но на самом деле был таким же быстрым и ловким, как это животное. Выросший на отрогах Драконьего хребта, он в любой ситуации действовал умело и спокойно, а по горам лазал как горный змей. Александр старался держаться рядом с ним. Заранее пояснил, что в родной Сальвинии толковых гор нет, поэтому он многого не знает и не умеет, но готов учиться, а силы и ловкости у него достаточно.
Хольгер бесстрастно кивнул и подтвердил, что не имеет ничего против того, чтобы поднатаскать принца в скалолазании. Зелинда вылезла из-за его спины и подтвердила:
— Не волнуйся, Санди, мы тебе поможем и подстрахуем если что.
Александр аж задохнулся сначала. Санди? Это она ему? Потом подумал и промолчал. Хотят так называть — пусть. Эвмена здесь нет, значит, это имя не выйдет за пределы их группы. А Санди — короткое, энергичное слово, здесь, где нет времени на церемонии, оно сгодится.
Дейдра услышала, как её подруга назвала принца, и взяла это на вооружение. Когда они отдыхали, взобравшись на очередную отвесную стенку, она обратилась к принцу с вопросом:
— Ну как тебе, Санди? Не очень трудно?
Элиастен посмотрел на любимую с упрёком. Он прекрасно понимал, что принцу не легче, чем ему самому, зачем дразнить? Сейчас парень взорвётся. И очень удивился, услышав разумный ответ:
— Трудно, конечно, но я знал, на что шёл. Спасибо Хольгеру, из него получился прекрасный учитель, я уже успел усвоить несколько приёмов.
— Молодец! — искренне похвалила его довольная ведьма.
Непонятно, чему она больше радовалась: тому что парень осваивает непростую науку скалолазания или тому, что ведёт себя и разговаривает не как принц, а как нормальный человек.
На этой же остановке Элистен снова приложил ладони к камню, прислушался и вдруг удивлённо воскликнул:
— Они остановились! Не могу поверить, но они снова никуда не двигаются! Почему?
— Что-то случилось? — предположила Дейдра.
— Наверняка! — согласился с ней мужчина, — Знать бы ещё что.
— Как бы там ни было, а наша задача от этого не изменилась, — резюмировал ведьма, — Вперёд!
Мы вылезли из воды на небольшой карниз, опоясывавший подземное озеро почти по всему периметру. Алан установил это, пустив яркого светлячка, который облетел стены и показал, что тут есть. Создать такого, который бы осветил всю пещеру, нам было не под силу. Но это ничего: всё равно удалось многое разглядеть. В первую очередь ту арку, под которую устремился было мой поисковик. Она была довольно высокой и очень многообещающей. Я уже было собралась создать ещё один, но подумала, что сперва неплохо бы подготовиться. Например, обсушиться и переодеться. От холодной воды вся моя магия куда-то спряталась, теперь, чтобы её снова найти, нужно было согреться.
Алан со мной согласился. Чтобы меня не смущать, он отошёл немного в сторону и спрятался за каменный выступ, после чего я быстро вытерлась и переоделась, а мокрые вещи разложила тут же, на камнях. Если снова придётся лезть в воду, я их надену, а нет — похожу в сухом. Надо сказать, мне даже в голову не пришло, что Алан может за мной подглядывать. Кто угодно, только не он. Поэтому я очень удивилась, когда услышала:
— Не бойся, Адель, зажги светляка и ройся в сумке при свете, я не подглядываю.
Я и не боялась ни одной минуты. Но если такое пришло ему в голову, значит, он думает обо мне хуже, чем я о нём.
Потом мы грелись. Еду было решено экономить, зато никто не мешал нам нагреть воды и заварить чай. Разнообразной заварки у меня в сумке было столько, что хватило бы всей нашей экспедиции на целое лето. Я даже испугалась, что обездолила ребят, но потом вспомнила, что это Дейдра ещё во время похода по лавкам засунула ко мне свои запасы. Ну что ж, сама виновата, могла бы держать их в своей сумке.
В общем, я заварила общеукрепляющий чай и мы выпили по кружке в молчании. Закончив пить, поняла, что сделала всё правильно: магия вернулась и сейчас покалывала мне кончики пальцев. Алан тоже признался, что чувствует себя бодрым и отдохнувшим.
Но когда я предложила выпустить новый поисковик, он меня остановил.