— Папа, пожа-алуйста. Не надо.
После взгляда в глаза отца, мечущие громы и молнии, я поплелась по лестнице в свою комнату, оставляя капли на мной же надраенных лаковых деревянных ступенях.
Отец повёз меня с небольшой коробкой вещиц, подаренных Тимом за последний год, к нему домой. Тут были духи и колечки, серёжки и открытки, билеты в кино (на память) и записки на листках, выдернутых из тетради. Под тотальным папиным контролем вошла в подъезд. Слишком быстро, как мне показалось, поднялась на лифте. Постучала в дверь под грохот рвущегося наружу, на свободу сердца.
Молча сую коробку, разворачиваюсь и ухожу. Выгляжу страшнее героини фильма «Звонок» с размазанной тушью и мокрыми сосульками на лице из длинных волос. Он меня не остановил. Закрыл дверь и всё.
Тим
Вижу Лику. Она в незнакомой комнате, из пола которой шурует со страшным напором вода. Помещение наполняется ею слишком быстро.
В моей голове с ужасом пульсирует мысль: «Боже, Лика же не умеет плавать!» А вода всё прибывает и уже достигла середины стен.
Просыпаюсь от кошмара. Мне кажется, что почувствовал землетрясение, но это матрас дрожит подо мной от сумасшедшего сердцебиения. Она, должно быть, сейчас внутри тонет в собственной боли. А мне самому нужен спасательный круг.
Опиум
Чем страсть сильнее, тем печальней бывает у нее конец.
У.Шекспир
Лика
Сложно быть честным и беспристрастным судьей самому себе, вспоминая ошибки прошлого. Так и хочется оправдать и убелить, чуточку соврать, исказить. Но это дается с трудом, пока жив свидетель этих событий, готовый изобличить тебя, рассказать историю на свой лад. И как бы сейчас мне ни хотелось поступить иначе, или хотя бы рассказать по-другому, всё случилось именно так.
***
После расставания с Тимом я ушла в глубокую книжную депрессию, упиваясь до изнеможения, до рассвета любовными романами, заменяя собственные переживания любовными приключениям и счастливыми финалами героинь. Но каждая история заставляла вспоминать о Тиме. Любовного «опиума» было предостаточно — целая фамильная библиотека на чердаке. Опять же собственность семьи, о которой пыталась забыть. Что за напасть-то такая — каждый год латать дырявое сердце накануне осени? Из-за недосыпа ходила днём, как под водой в акваланге, плохо чувствовала тело в пространстве, медленно разговаривала, глаза слипались, засыпала даже сидя. Но ночью всё опять повторялось, сна не было ни в одном глазу.
Сама виновата, пристала к парню, как рыба-прилипала к акуле. Моя вселенная постепенно начала вращаться только вокруг него. За лето ни разу не виделась с подругами, хотя Алиса регулярно звонила. Отделывалась краткими формальными фразами. Вела себя, как полная эгоистка. Даже день рождения не праздновала с подругами. Настало время замаливать грехи и явиться с повинной. Алиса по духу и моральным взглядам мне ближе Сони и Дарины, нашей третьей университетской подруги. У неё есть жених, и они тоже условились хранить целомудрие до брака, но поцелуи у них разрешены.
Встретились с Алисой дома у её родителей. Кухонные посиделки с домашним печеньем-орешками и абрикосовым пирогом. Уже и не припомню, когда в последний раз такое было. Никакая из меня подруга.
— Лика, знаешь, мы с Ромкой ни разу серьезно не ругались за два года и не разбегались. Вы же с Тимом либо не доросли до взрослых здоровых отношений, либо оба те ещё драматики и искатели острых ощущений. Кажется, что получаете удовольствия от скандалов, как в сопливых мыльных операх. Зачем вам ходить в театр, если вы и сами неплохо справляетесь.
— Алиса, я не знаю, куда себя деть. Понимаешь, абсолютно всё напоминает о нём. Куда ни глянь, всё связано с ним. Да я даже мятный Dirol не могу спокойно жевать.
— Клин клином вышибают. Пока не появится кто-то другой, будешь считать Тима лучшим на свете, несмотря на его деструктивное и эгоистичное поведение. Очевидно же, что он незрелый. Нос ему поцарапали, видите ли. Детский сад какой-то. Давай так. Мы собираемся в субботу в горы на пикник. Пойдем с нами, развеешься. У Ромки на работе коллега, чем-то похож на тебя: трудяга, любитель дикой природы, спортивный и скромный парень. Но с девушками такой застенчивый. Вот почему хорошим ребятам так не везет, а за всякими поганцами толпами бегают?