— Да ему только повод дай! Он на меня и без того косо смотрит за то, что я тебя упустил. А сегодня заявил, что я тебя недостаточно активно склонял к сотрудничеству и что сейчас он мне покажет, как это надо делать. Правда, — в голосе Томми прорезалась нотка юмора, — ему ты тоже отказала.
— Если бы мне пришлось выбирать, то я уж скорее бы на твое предложение согласилась, чем на его.
— Учту! — рассмеялся он.
— Томми, вы что — не нашли у Боба те фотографии? — решилась спросить Клодин.
— Нет, — голос его снова стал хмурым. — В квартире, где он жил, был пожар. По официальной версии — взрыв бытового газа. И сама квартира, и студия на втором этаже — все выгорело дотла. Отснятый материал, естественно, тоже пропал.
— Когда это было?
— В прошлую субботу, примерно в два часа дня.
В два часа… в это время она сидела на кухне у Макса и не знала, как достучаться до него, как заставить ей поверить. Выходит, даже если бы она вспомнила про фотографии раньше, все равно бы ничего не изменилось.
— Когда я сказал Крэггу, что есть какие-то снимки, где может быть Кафир, — продолжал Томми, — он чуть из штанов не выпрыгнул. А узнал про пожар — и теперь рвет и мечет. Интересно, кто ему виноват?
— Может быть, есть еще… — нерешительно перебила Клодин.
— Что?!
— Я перезвоню. — Секундная стрелка как раз обошла положенные два круга.
Томми уже привык к подобным перерывам в связи и относился к ним спокойно, но тут, едва Клодин перебралась на новое место и набрала номер, крикнул в трубку:
— Ну куда ты пропала?! Повтори, что ты только что сказала!
— Ты можешь добраться до той квартиры, где я жила?
— Там есть еще фотографии?
— Я не знаю. Были, но…
— Где именно?
— В… в помойном ведре.
— Чего? — Как ни возбужден был Томми, но явно удивился.
— Ну я ж тебе говорю, — Клодин поморщилась от неловкости, — Боб для смеха снимал, у меня там вид дурацкий получился и юбка чуть ли не до пупа задралась. Он мне в то утро как раз принес отпечатки для каталога, и эти тоже подсунул — прикольно ему было, видите ли! А я их… — Горло перехватило: на секунду она забыла, что Боб умер, и заговорила о нем, как о живом; глубоко вздохнув, продолжила: — А я их в ведро швырнула… Только ты лучше пока не говори Крэггу — съезди сначала проверь, а то, если окажется, что там ничего нет, он еще больше обозлится.
— Ладно, перезвони мне через два часа, — ответил Томми и разъединился; непонятно было, принял он ее совет или нет.
В это воскресенье Клодин собиралась съездить на «блошиный» рынок, купить маме подарок — в путеводителе писали, что там порой попадаются интересные старинные вещи. Настроение у нее теперь, правда, было не для подарков, но планов своих она решила не менять — все равно нужно как-то убить два часа.
Оказалось, что место это и впрямь занятное. Вдоль узкой улицы тянулись ряды лавочек, где продавали все что угодно — от старинных дверных ручек и водопроводных кранов до африканских статуэток из тяжелого как железо черного дерева. А еще сувениры и какие-то непонятные обломки мебели, и дверные замки, и старинные открытки — даже шляпки столетней давности с искусственными цветами.
Клодин ходила по рядам, рассматривала всякие диковины, приценялась — но мыслями то и дело возвращалась к злосчастным фотографиям: найдет их Томми или нет?
Подарок для мамы она все же купила: старинную фарфоровую вазу в виде кита, как его представляли себе люди восемнадцатого века — то есть со страшными оскаленными зубами и огромными выпученными глазами.
Старик продавец упаковывал ее тщательно и не спеша — в папиросную бумагу, потом в полиэтилен, сверху еще липкой лентой… Стоя рядом, Клодин нетерпеливо переступала с ноги на ногу — подходило время звонить, а поблизости не было видно ни одного автомата.
Наконец сверток был готов; получился он хоть и не тяжелый, но объемистый. Продавец положил его в пластиковую сумку, галантным жестом вручил Клодин, и она, сторонясь встречных прохожих (случайно наскочит кто-нибудь — останутся одни осколки), пошла к выходу с рынка — там, возле метро, наверняка найдется и телефон.
И правда — автомат обнаружился прямо под красной светящейся буквой «М». Чуть ли не бегом Клодин устремилась к нему и нетерпеливо набрала номер.
К ее удивлению, вместо привычных длинных гудков отозвался автоответчик: «В данный момент абонент недоступен, оставьте сообщение». Ошибка какая-то? Она еще раз набрала номер — снова автоответчик… Такого за все время их знакомства не было ни разу!