Наверное, он заметил что-то в глазах Клодин и, махнув рукой, слегка улыбнулся:
— Прошу прощения, наверное, вам так же непонятны наши обычаи, как нам — ваши. Что поделаешь — Запад есть Запад, Восток есть Восток…
Вроде бы даже извинился, хотя извиняться, собственно, было не за что. Но в глубине души у Клодин оставалось какое-то неуютное ощущение, словно, не ответив шейху, она тем самым молча признала его правоту. Поэтому, не высказавшись вслух, она теперь возражала ему про себя.
«Маленький человек» — наверное, эти пренебрежительные слова относятся и к Томми. Да, не лорд, не принц… Ну и что?! Ну и что, черт возьми, ее прадедушка тоже ведь отнюдь не лордом был, а простым шахтером из Ирландии, а прабабушка в свое время работала в прачечной. И вообще — какое отношение могут иметь их предки к тому, что ей с ним хорошо?!
«Красивый юноша»? Да при чем тут это?! Тем более что Томми не такой уж и красавец… Но Томми — это… это Томми, больше даже ничего и говорить не надо!
Она возмущенно взглянула на шейха — тот сидел сдвинув брови и вперившись в доску. Переведя взгляд туда же, Клодин с легким замешательством поняла, что отвлечь ее от шахмат Абу-л-хаиру удалось в полной мере: мысленно споря с ним, она, вместо того чтобы в нужном месте «ошибиться», последние несколько ходов сделала, что называется, «на автомате» и была теперь близка к нежеланной победе.
Правда, шанс свести партию к проигрышу — красивому, который не выглядел бы как нарочитый зевок — еще оставался. Но для этого требовалось содействие шейха: если сейчас он пойдет конем, то все получится, если же ладьей или ферзем — то его проигрыш почти неизбежен.
Абу-л-хаир, глубоко задумавшись, уставился на доску.
«Конем ходи!» — мысленно подсказала ему Клодин.
Словно услышав ее, он потянулся к коню — но потом отдернул руку, вытер ее о полу балахона и снова задумался.
«Ну конем же, конем!» — взмолилась она и про себя чертыхнулась, заметив Халида — его появление сейчас было совершенно некстати.
Бесшумно ступая по ковру, он подошел к шейху и почтительно склонил голову, но сказать успел лишь:
— Я…
Шейх бешено сверкнул на него глазами.
— Что ты болтаешься тут?! Не видишь — я занят! — рявкнул он визгливым голосом. — Уходи и не мешай!
После первого секундного замешательства Клодин уставилась в доску, чувствуя себя так неловко, как если бы попала в гущу семейного скандала.
Секретарь молча вышел. Шейх снова, сердито и решительно, протянул руку и… подвинул коня именно туда, куда ей было надо.
Она вздохнула с облегчением — наконец-то!
Не прошло и получаса, как она, перескакивая через ступеньки, вприпрыжку бежала вниз. Ноги, затекшие от долгого сидения на низком пуфике, слегка гудели.
Абу-л-хаир получил желанную победу, и теперь по меньшей мере до завтра с шахматами было покончено. Конечно, не стоило ей вчера признаваться, что она играет в шахматы, теперь шейх до конца путешествия будет зазывать ее к себе на партию-другую — но кто же мог знать, что он окажется таким заядлым игроком! Ну да ладно, тем более что игра эта в шахматы-поддавки получается куда занимательнее, чем в обычные шахматы…
Добежав до главной палубы, Клодин, не замедляя хода, свернула в холл — и впилилась прямо в объятия какого-то мужчины.
— Ух! — воскликнул он — тела их столкнулись весьма чувствительно.
— Пардон! — Она хотела высвободиться из его рук, но мужчина, похоже, был не из тех, кто легко отпускает то, что туда попало. Со словами:
— Осторожнее, вы могли упасть! — он сцепил руки у нее за спиной.
Клодин возмущенно вскинула голову — на нее в упор смотрели сапфирово-синие глаза, опушенные черными ресницами, которым позавидовала бы любая девушка. Да и все остальное было под стать этим глазам: загорелый, с белозубой улыбкой, с правильными чертами лица и волевым подбородком с ямочкой. И совсем молодой — она готова была поклясться, что ему от силы года двадцать два.
— Простите! — Она снова попыталась высвободиться. Парень разжал руки, но не отступил, а продолжал стоять совсем близко, глядя на нее с веселым любопытством.
— Судя по всему, вы не принадлежите к экипажу этого судна, — заметил он очевидное.
— Нет! — мотнула головой Клодин, улыбнулась ему и побежала дальше, уверенная, что он смотрит ей вслед.
Глава четвертая
Из дневника Клодин Бейкер: «…Я просто обалдела, когда его увидела — глазам своим не поверила!»…