— … свинья такая, чуть не воткнул меня головой в сугроб! Ты что здесь делаешь, юноша? Я же просила русским человеческим языком, чтобы ни одного гребаного Баратеона вокруг дома и в доме не было, когда мы приедем! Что ты на меня так смотришь? Какого черта ты тут ошиваешься после всего, что сделал с моей племянницей, а? Совесть у тебя есть или как у отца — не завязалась изначально?
На лице Джендри отражалось столько чувств разом…
— Простите, — повторил он, видимо, не в первый раз. — Я не хотел, я вас не видел. Понимаете, хаски…
— Что хаски? Что ты здесь делаешь, я тебя спрашиваю, Джоффри Баратеон?
Она начала переходить на крик. Удивительно, но при ее миниатюрном росте она как-то умудрилась создать ощущение, что отчитывает парня как нашкодившего щенка, нависая над ним сверху.
Понимание наконец осветило лицо Джендри.
— Извините, но вы обознались. Меня зовут Джендри Уотерс, и я сейчас же избавлю вас от своего общества. Еще раз извините, что налетел на вас. Больше этого не повторится.
— Тетя, — Санса сбежала к ней с крыльца, в то время как из-за угла вслед за стаей наперерез движению сестры устремилась Арья.
— Джед, вот ты где! — выпалила та, пытаясь влететь в ту же кучу-малу. Парень выставил руку, ловя девчонку, та попыталась затормозить в него, вскинула голову и закончила уже в сторону женщины: — О! Тетя приехала!
От машины подходили еще трое людей — высокий мужчина, почти до глаз замотанный в шарф, девушка и мальчик.
— Значит, ты — Джендри? — уточнила тем временем тетя. Губы ее сжались, словно она собиралась добавить «бастард», но произнесла только первую букву. Напряжение все росло. С минуты на минуту что-то обязано было взорваться.
— Лианна, все в порядке?
Звонкий голос дяди повис в воздухе, легко касаясь ушей самым мелодичным из хрустальных колокольчиков, обволакивая, словно флёр редких духов. Гипнотическое и прекрасное таилось в каждом слове. Противостоять его очарованию могли, по наблюдениям Сансы, лишь самые близкие. Каким же хриплым карканьем им казались наверняка после все остальные людские голоса? Не оглядываясь назад, тетя подняла ладонь, останавливая мужа, а потом заключила в объятья Арью. Взрыв отложен, поняла Санса.
— Волчонок вырос, — улыбнулась женщина, взъерошивая прядки на затылке сестры. Она уткнулась ей в макушку, на мгновение опустив веки. Затем взгляд ее остановился на ней самой: — Здравствуй, Санса.
— Добро пожаловать, — улыбнулась в ответ Санса. Срочно надо все исправить. — Это Джендри Уотерс, тетя, а это наша с Арьей тетя Лианна Таргариен, ее муж и дети.
— Очень приятно, — отозвался Джендри на грани паники. Похоже, он уже и сам был не рад, что влетел в это высшее общество. Да еще и с левой ноги.
— Санса, меньше официоза, пожалуйста. Я сыта этим до печенок. Просто Лианна, — отмахнулась тетя. — Какие вы все стали большие. Ты выглядишь в точности как мать, Санса, я хорошо ее помню в этом возрасте. Если больше никто не собирается сбивать меня с ног, может, мы пройдем в дом?
Арья потащила Джеда, который так и не понял, что ему теперь делать. Да уж, попал в переплет. А ведь я предупреждала…
***
И действительно, больше никто в тетю не врезался, хотя многие пытались. Бриенну Санса не успела позвать, так быстро та скрылась в глубине коридора. Судя по одежде, маршрут ее шел из тренировочного зала через душевую в сторону своей комнаты. К завтраку она все равно выйдет, обрадовалась Санса, там и познакомим.
— Рейнира, ты такая красавица, — заметила Санса, пока провожала семейство за стол. Кузина унаследовала волосы отца — серебристые, мерцающие, и носила их также длинными. Санса видела ее третий раз в жизни, и казалось, красивее стать уже нельзя, однако каждый раз восхитительная девушка становилась все более прекрасной. Нельзя сказать, что они подружились, но в последний приезд Рейниры семь лет назад девушки даже спали в одной постели и бродили днями напролет вместе.
В особняке утром было странно тихо, словно кроме нее никто не знал о приезде семьи Таргариенов. А ведь было известно давно…
— Зато не выросла совсем, — фыркнула красотка и махнула рукой, словно отмахивалась от назойливого насекомого. — А, мамины корни… Так и быть мне коротышкой…
Они вошли в столовую, где никого не было. Что-то не так, действительно что-то не так с этим домом сегодня утром! Сансе стало невыразимо стыдно за родных.
— Простите, — обратилась она к гостям, — сейчас, я уверена, все соберутся… Это какое-то недоразумение.
— Санса, все в порядке, — Лианна опустилась в кресло и улыбнулась ободряюще. — Всего-то пять утра по нашему времени, а у вас должно быть семь… Я бы ни за что не поднялась в такую рань, даже если бы Нед привез вас всех.
— Ты бы еще подушкой в дверь запустила и потребовала не беспокоить тебя до полудня, — улыбнулся Рейегар. — Ты самая совиная сова из всех известных мне сов…
— У нас восемь утра, — поправила ее Санса. — Пожалуйста, располагайтесь, а я пойду все же схожу за родителями.
Она пробежала по этажам, стуча в спальни. Родители горячо пообещали быстро спуститься, Робба она не добудилась (и нечего кидать в дверь предметами, я же не врывалась, а всего лишь постучала!), Джон ничего не ответил. Злая и смущенная, она добежала до комнаты Бри, проигнорировав комнату Теона, и вернулась за стол с ней. Атмосфера была веселой, несмотря на то, что в комнате находилось ровно на одного Баратеона больше, чем требовалось для счастья ее тете.
— Вы просто его совсем не знаете, — горячо убеждала Лианну Арья, — он совсем не такой придурок, как Джофф! Просто невозможно же их сравнивать! Несправедливо!
— Арь… — попытался остановить ее Джендри, но девчонка упорно продолжала:
— Поверьте, я их хорошо знаю, и если вы думаете, что все как Джофф, так вот нет. В нем же даже от Баратеонов нет ничего…
Это заявление было встречено недоуменно-восторженным взглядом самого парня и смехом Лианны.
— Ну, да… Пожалуй, да, — хмыкнула тетя Лианна. — Ничегошеньки от Баратеонов, кроме лица, фигуры, глаз и упрямства, как я полагаю… Словом, кроме основного букета фамильных черт.
Арья обалдело уставилась на тетю, забыв продолжение своей речи, которое явно планировала, а Джед, улыбаясь, смотрел на Лианну, пока девушка переводила взгляд с него на любимую родственницу.
Бриенна и Санса вошли, присели за стол и попытались поучаствовать в дискуссии.
— Бри! — попыталась обратиться Арья за поддержкой, — вот ты знаешь Джеда не хуже меня, ну разве они похожи с Джоффри?
— Не очень похожи, — медленно произнесла Бриенна таким голосом, словно слова из нее тянули клещами, — но все же они братья.
— Ну и что-о-о?! — возразила Арья, распаляясь. — Ну вот мы же с Сансой сестры, но совсем не похожи.
— Арья, ты не очень похожа на Сансу, — улыбнулся ей Рейгар, вызывая огонь на себя, — но я соглашусь с женой. Не опознать в Джендри Баратеона сложно.
Джендри шокированно уставился теперь на мужчину, а Арья стала совершенно бешеной.
— Разве быть похожим на отца — преступление? — взвизгнула она как-то уж совсем нервно.
— Ох, Арья, но тетя же не хочет обидеть человека, правда? — примирительно залепетала Санса, стреляя глазами в тетку. С нее станется выкинуть какой-то фортель. Ей-богу, с одной-то Арьей справляться с ума сойдешь, а когда их две, да притом одна тебе годиться в матери… Ох, не зря папа всегда говорит, что Арья похожа на Лианну. Гремучая смесь. Слава богу, в этой семье есть настоящие леди.
— Обидеть? Интересно, чем? Обижаю я иначе. Ты бы сразу заметила, крошка, — Лианна постучала ногтем по ножке бокала с водой, который держала в руках, закинула ногу на ногу, сползая в кресле, дрыгнула стопой в сторону мужа и сообщила лениво: — покажи им, Рей.
Все взгляды устремились к Рейегару. Тот пожал плечами, словно все споры этого мира решались только посредством его вмешательства, сделал сложное движение руками, от которого металлические украшения на его пальцах и кистях, которые Санса поначалу приняла за кольца и сложный наборный браслет (хотя всерьез подумывала о каком-то протезе, но побоялась спрашивать), пришли в движение, потом взмахнул кистями, подобно фотографу или живописцу, проверяющему, влезет ли в кадр некий увиденный им фрагмент. Между его пальцев медленно загорелась искра, постепенно расширившись до размеров небольшого экрана. Мужчина отшагнул назад, разводя руки сильнее, правая оказалась у плеча, а левая в нижней точке, между ними вспыхнул мерцая по граням бесплотный серебристый прямоугольник, стремительно наполняясь дымом.