— А потом, представляете, он на ней женился, — закончил отец Фоули очередную историю. Весьма, надо сказать, неприличную.
Джулиана сдержанно улыбнулась, но и такого маленького поощрения было достаточно, чтобы священник продолжал болтать без остановки. Наконец мистер Форд заметил, что Джулиана устала, и предложил отцу Фоули выкурить по трубочке на террасе.
Едва они вышли, Бетси вскочила и принялась убирать посуду с лихорадочной поспешностью.
— Нужно все спрятать, иначе завтра тут будет такое твориться!
— Что спрятать? — удивилась Джулиана.
— Выпивку! Всю-всю выпивку!
— Неужели?..
— И даже хуже, чем вы можете представить!
— Невероятно!
Джулиана к такому не привыкла. Она не знала, к чему конкретно она привыкла, но уж точно не к такому!
— Вы не видели раньше пьяниц-священников?
— Не припомню, — протянула Джулиана.
— Тут другого нет, — вздохнула Бетси.
— Кажется, идея исповедоваться — не такая уж хорошая.
— Наш святой отец ни в жизнь не разгласит тайну исповеди. — Экономка неожиданно не согласилась с Джулианой. — Пьяный или трезвый — он нем, как могила.
— Не очень похоже.
— Но так оно и есть, уж я-то точно знаю!
— Верю тебе на слово, Бетси.
— Идите спать и заприте дверь. Наш святой отец иногда ошибается дверью, вы уж простите.
К счастью, на сей раз удалось заснуть без неприятных или излишне приятных видений. Джулиана провалилась в сон, словно в глубокую черную яму, и понятия не имела, чем завершился визит священника в Гленфилд.
Когда утром Джулиана проснулась, отец Фоули уже уехал. Кажется, он позабыл об обещанной исповеди — или же просто слишком спешил объехать приход до Рождества. Впрочем, Джулиана не сильно расстроилась. К утру желание исповедоваться испарилось, как и вчерашнее темное беспокойство. Спала она спокойно, несмотря на то что пару раз просыпалась от громкого и немного фальшивого пения, доносившегося откуда-то от колодца, и проснулась умиротворенной и почти счастливой.
Умывшись и одевшись, она вышла на террасу. В одном из плетеных кресел сидел бледный и несчастный мистер Форд. Кажется, он не ложился сегодня, судя по тому, что одежду он не сменил. Может быть, конечно, и ложился, но в одежде — степень измятости была как раз подходящей.
— Доброе утро, — поприветствовала хозяина дома Джулиана, чувствуя себя невероятно бодрой и отдохнувшей — особенно на его фоне.
— Доброе, — вздохнул Форд.
— Вы не ложились спать? Кажется, я ночью слышала ваш голос.
Помнится, один из поющих был Фордом, а второй — святым отцом. Подпевал еще кто-то, но их голосов Джулиана не узнала.
— Святой отец желал уехать рано утром, а устроить это можно было только в том случае, если не спать вовсе, а поутру уложить Фоули в повозку и отправить в сторону Фаррелов.
Говорил Форд с некоторым напряжением, но вполне ясно. Язык у него не заплетался.
— Вам обязательно нужно поспать, — заволновалась Джулиана.
Выглядел Джемс очень странно.
— С таким количеством крепкого шотландского виски внутри я боюсь даже закрыть глаза. Все кружится. Мне нужно проветриться, а еще лучше — искупаться в холодной водичке. — Он попытался встать, но не получилось. — Мне бы только до лошади добраться. Не желаете прогуляться верхом, мисс Джулиана, пока не слишком жарко?
Джулиана колебалась. Ей очень хотелось проехаться, но она сильно сомневалась, что сопровождать мистера Форда в его нынешнем состоянии разумно.
— Там прекрасное озеро, пока еще не высохло, — продолжил уговоры Джеймс. — Чистая, прозрачная и прохладная вода. Водопада уже нет, но и без него очень красиво. Вы не пожалеете. — Он помедлил. — И мне очень нужна ваша помощь, чтобы добраться до лошади.
Усталые и печальные серые глаза неуверенно и просяще смотрели прямо в лицо Джулиане.
— Ну хорошо, — сдалась она. — Только мне нужно переодеться. Подождите меня здесь.