— Эти люди… индусы. Я оказалась в толпе, одна. А потом — словно вспышка молнии.
— Индусы.
Форд уже все понял, но не мог сообразить, стоит ли давать беспочвенную надежду. Нет, Джулиана имеет право на надежду, пусть даже призрачную. У него никогда не было детей, честно говоря, он даже и не думал о детях. Как это — потерять сына? Или забыть о сыне?
— Вы сели на корабль в Бомбее. В Индии.
Джулиана встрепенулась и попыталась сесть.
— Бомбей! Я должна туда вернуться! Немедленно! Он там, мой мальчик, мой Эдди. Джеймс, ему всего шесть лет, он такой маленький и беззащитный! Мне нужно его найти!
— Мы найдем его. — Джеймс помог ей встать. — Обязательно, я вам обещаю.
…Меньше чем через три часа «Облако Пыли» уже покинул порт Мельбурна и взял курс на запад. При выходе из бухты Салливан клипер разминулся с тяжело пыхтящим пароходом, который со спущенными парусами спешил войти в порт до заката.
Абадайя Краштвуд сошел на берег, когда солнце уже коснулось горизонта. Что ж, все расспросы придется отложить до завтра. Ничего, никуда птичка от него не денется. Эта пустыня — совсем не полная людей и заразы Индия. Абадайя поморщился, вспомнив, что пришлось вынести в этом проклятом богом и покинутом сатаной Бомбее. Невыносимая жара и вонь, дизентерия, отвратительная еда и не менее отвратительные людишки. Он слишком много времени потратил на розыски птички в городе, пока не наткнулся на одного докера, который сказал, что видел похожую даму, которая без багажа садилась на корабль, идущий в Мельбурн. Потом пришлось ждать почтового парохода… С каждым днем промедления его рапорт все приближался и приближался к Лондону, а значит, приближалась к концу его карьера. Если вскорости он не направит следом новый рапорт — об удачном завершении дела, — в Англию можно не возвращаться. Кто же знал, что эта хрупкая птичка из приличной семьи сможет выкинуть такой номер, что за ней придется гоняться по всему свету.
Утром ему улыбнулась удача. В первом же банке он получил то, что искал. Трясущийся сморчок подтвердил, что дама обналичила чек. Как же все-таки мудро поступили там, наверху, когда дали этой птичке чек, а не наличные. Больше вопросов Абадайя задавать не стал, не нужно. Птичка в Мельбурне. Теперь нужно затаиться, нанять парочку негодяев — и все будет сделано. В этом городишке не так уж много мест, где может жить благородная леди, так что можно считать, что дело сделано.
Как же он заблуждался!
Клипер летел на всех парусах. Капитан Керн, пожилой лысый немец, говоривший с таким акцентом, что Джулиана едва его понимала, уверял, что доставит пассажиров в порт Бомбея за пару недель. Форд казался спокойным, но всякий раз, видя Джулиану, бродившую на носу корабля словно призрак, он остро ощущал собственную беспомощность. Джулиана этого не понимала, но найти маленького мальчика в огромном и опасном Бомбее, найти спустя два месяца — глупая пустая надежда. Ребенок, да что там ребенок, даже взрослый не выживет там без помощи и денег. Жизнь ничего не стоит в Индии. Индусы верят, что после смерти родятся вновь, так что не цепляются за существование, не борются за жизнь. Смерть для них — обычная часть мироустройства. Никто и не обратит внимания на маленького испуганного мальчика.
Как долго Джулиана будет продолжать поиски, прежде чем поймет, что все кончено? И как она сможет такое вынести? Сейчас, глядя, как в ней разгорается и крепнет надежда по мере того, как клипер приближается к Индии, Джеймс все сильнее сомневался в том, что правильно поступил, дав Джулиане подсказку. Не продлил ли он ее мучения, вместо того чтобы смягчить удар? Может быть, стоило дать ей оплакать сына, пережить потерю — и жить дальше? Безнадежные поиски могут свести с ума.
Две недели Джулиана почти не ела и очень мало спала. Наконец Форд не выдержал.
— Джулиана, так больше продолжаться не может. Вы просто заболеете. И все. Глупо так себя изводить.
— Я не могу, мне кусок в горло не лезет. Когда мы уже доберемся до Бомбея?
— Через пару дней. Джулиана, вам понадобится много сил и терпения, чтобы найти сына. А так, мучая себя, вы ничего не добьетесь. Вы должны быть сильной ради вашего Эдди.
— Меня мучают сны и видения, стоит мне только закрыть глаза. Я постоянно вспоминаю его. Как я его родила, как он рос. Его первые шаги, первые слова, его улыбку и голос. Как я могла забыть о нем? — Голос ее был полон истинного страдания. — Как я могла его бросить? Почему я его оставила?
— Не мучайте себя, Джулиана. — Он пытался утешить ее, как мог. — Со временем все встанет на свои места. Я уверен, что вы бы никогда не оставили сына по доброй воле. Вы же говорили, что вспомнили, что на вас напали.