В остальном облик директора настойчиво внушал мысли о его привлекательности – слишком похож на типичного героя-искусителя из дамских романов. Атлетически сложённый брюнет, ростом и возрастом – выше среднего, одет изысканно и сообразно с обстановкой кабинета. Поверх шёлковой кремовой сорочки – расшитый бисером жилет цвета крепкого кофе, отчаянно гармонировавший с шоколадными брюками. Пиджак висел на костюмной вешалке за столом возле стены. Из кармана жилета свисала золотая цепочка, а со лба – густая седая прядь.
Всё это великолепие директора Румяна смогла оценить, когда, приветствуя её, Барокко встал из-за необъятного стола и приблизился к гостье.
– Так вот вы кто, Румяна Игоревна Нарекаци! Та самая «милая девушка», которая приносила документы нашему досточтимому профессору Троппу!
Он взял её правую ладонь обеими руками и слегка потряс в знак приветствия. Руки были неожиданно тёплыми и приятными, а жесты сочувствующими. Если, конечно, не смотреть в его глаза.
– Видимо, я должен попросить прощения за моих мальчиков. Похоже, они несколько перестарались. Вообще, они следят за дисциплиной, помогают мне. – Губы Барокко сложились в извиняющуюся улыбку. – Что они вам сделали?
– Они смотрели на меня и смеялись.
Румяна отвела взгляд от директора и разглядывала мёртвый зверинец на полках. На мордочках застыли разные гримасы. Были ли они такими в жизни, или это изготовитель чучел придал им то выражение, какое ему вздумалось?
– Понимаю, вам было неприятно. – Барокко сверлил взглядом лицо учительницы, пытаясь найти в нём что-то важное для себя. – Но давайте посмотрим с другой стороны…
Румяна перевела взгляд на директора и перебила его:
– Почему же неприятно? Вот если бы они смотрели на меня и плакали – это было бы гораздо хуже!
– Какая вы… интересная… – Директор попытался поймать её взгляд.
Но смотреть долго в мёртвую пустоту глаз живого директора ей было неуютно. «Как чёрные дыры», – подумала Румяна, которая накануне уснула за чтением книги об астрономических тайнах. Что там происходило в загадочных космических дырах, она узнать не успела, но, скорее всего, ничего светлого ждать из черноты не стоило. Вот и Барокко пытается сбить её с толку этими ложно-ласковыми жестами. Она мягко выдернула ладонь из уютного рукопожатия и отошла к креслам.
Барокко молча наблюдал за гостьей. На самом деле он согласился на эту авантюру с назначением «учителя-на-замену» только из-за заверений его протеже Ампирова в том, что девушка покладиста и на редкость послушна. Директор очень ценил эти качества, а если к ним прилагались благодарность и признательность, – такие люди были для него самыми удобными и желанными подчинёнными. Но что-то в этой взлохмаченной учительнице смущало его. И он решил выяснить что. Барокко подался к столу и что-то вытащил из ящика, пошумев ключами. Румяна обернулась на звук.
– У меня тоже есть ключи, да. – Барокко усмехнулся и кивнул на Румянины серёжки и кулон. Она невольно дотронулась до подвески-ключика. – Какие секреты открывают ваши ключики?
– Если вам скажу, это будут уже не секреты, – ответила Румяна.
Барокко приподнял брови: Ампиров ничего не перепутал, она точно – покладистая и послушная? Он недовольно сжал губы и, взяв что-то из ящика стола, подошёл к Румяне.
– Пожалуйста, присаживайтесь, Румяна Игоревна. – Директор указал на одно из средних кресел, а сам изволил занять самое большое. – Я пригласил вас, чтобы ближе познакомиться. Вы всё-таки моя новая сотрудница… – Барокко окинул её взглядом, от которого дамы обычно впадали в трепет и нервозность, принимались разглаживать юбки, поправлять причёски, прикусывать губы.
Румяна даже не смотрела на собеседника. Она смотрела на ворона: из всех чучел он казался ей наименее… мёртвым.
Барокко откинулся на спинку и продолжал более тихим голосом, не оставляя надежды привлечь её внимание:
– Ампиров отзывался о вас как об очень… скажем, лояльном сотруднике.
– Винир Виленович был добр ко мне. – В исполнении Румяны эта дежурная фраза звучала на редкость искренне.
– Тогда почему вы решили сменить сферу деятельности? – С этим вопросом Барокко попал в точку, поскольку Румяна вздрогнула и наконец посмотрела на него.
– Это не из-за Винира Виленовича, – поспешно сказала Румяна. – Вовсе не из-за него, – повторила она, тряхнув для убедительности головой.