– Из тропоса можно попасть в другой мир? – Румяна вспомнила слова Евы о «перевёрнутых мирах».
– Схватываете на лету, – кивнул профессор. – Тропос ведь значит «переворот». Вам это должно быть известно по тропосфере.
– Так и знала, что тут есть связь! – воскликнула Румяна.
– Да, мир разума находится в ближайшем слое атмосферы Земли – в тропосфере.
– Но там же облака…
– Вот именно, – загадочно улыбнулся Киник.
– И что же это за миры?
– Придержите ваших коней, – сказал Киник, а Румяна подумала: «И у этого кони, прямо как у Фарузы!» – Хорошего помаленьку. Вот вам ещё подарочек. – И он протянул девушке деревянную игрушку.
– О, я этот кораблик видела во сне! – воскликнула Румяна. – Но как он попал к вам? Как это может быть?!
– Слишком много вопросов. – Улыбка Киника спряталась в усах.
– Зачем он мне?
– Можете считать, что это деталь.
– И что мне с ней делать?
– О, я уверен, вы разберётесь. И вот когда разберётесь, мы увидимся. До встречи. – Он встал, приподнял котелок и зашагал обратно, в сторону проспекта.
С ветки рябины слетел большой ворон и уселся на плечо Киника. Тот даже не остановился – как будто всегда ходит с птицей на плече.
Румяна огляделась. Киник завёл её в ту часть парка, где она ещё не была. Почему она не изучила его весь в начале осени, когда было так красиво? По сизому негостеприимному парку гулять не хотелось. Поэтому она решила двигаться от леса – так сможет найти дорогу к дому.
К размеренному хрусту её шагов добавились звуки – за ней точно кто-то шёл; нет, даже бежал – и её окружили четверо в чёрных куртках и капюшонах. Невоспитанные старшеклассники из лицея. Она попыталась прорваться, но парни раскинули руки в стороны, образовав кольцо. Кислотный выглядел особо угрожающе, двое одинаковых ухмылялись, а длинный с зубочисткой, как обычно, выглядел так, будто он оказался тут случайно.
– Познакомимся наконец, – сказал кислотный, приближаясь к Румяне и протягивая руку, – Нитро.
– Румяна. – Она пожала руку в ответ.
Но тут Нитро стиснул ладонь и притянул учительницу к себе. От резкого толчка она ахнула.
– Очень приятно, – ухмыльнулся Нитро, щурясь своими неестественно яркими глазами.
– Убого, – поморщился Сфер.
– Соглашусь с вашим другом, – сказала Румяна. – Всё это действительно убого. – Она резко оттолкнула кислотного, но не удержалась и чуть не упала спиной на длинного.
Тот придержал её, но тут же отдёрнул руки, засунув их в карманы.
– Спасибо, – сказала Румяна.
Длинный равнодушно пожал плечами.
– Спасибо? И всё? – протянул Нитро. – Маловато, да, Пётр? – спросил он у длинного, снова сделал шаг к Румяне и сказал: – Давай так: ты отдаёшь нам спицы, а мы проводим тебя домой.
– Чтобы Серый Волк не съел, – хохотнул Рэш.
Вместо ответа Румяна прислушалась: шум всё приближался. Странные звуки заметили и парни. Из леса прямо на них мчалась туча птиц разных мастей. Румяна улыбнулась. На этот раз она не торопилась доставать хлеб, а сделала кое-что неожиданное – начала крутиться на месте, размахивая руками. Волосы, будто обрадовавшись возможности пошалить, вытянулись вверх и стали то сжиматься в пружинки, то разжиматься. Она кружилась и кружилась, как веретено у неутомимой пряхи. Птицы, не долетая до Румяны, садились на парней, цеплялись когтями за их волосы, за капюшоны, облепляли куртки.
– Опять чёртовы птицы! – закричал Нитро. Как пули сыпались на него воробьи, свиристели, синицы, клесты…
«Двое из ларца» закрылись куртками, отбиваясь от пернатого вой ска.
– Убого! – орал один.
– Ведьма, птиц убери! – не унимался второй.
Длинный натянул поглубже капюшон и отошёл подальше от эпицентра птичьей бури и её дикой повелительницы.
Когда Румяна остановила кружение, преследователей не наблюдалось даже на горизонте. Уставшие птички облепили ветки и смотрели на Румяну как-то обиженно. Она высыпала все крошки из сумочки и ласково сказала:
– Хвалю! Вы дали возможность ребятам почувствовать себя памятниками… при жизни. Получайте награду!
По дороге домой, проходя мимо лицея, Румяна невольно остановилась и достала спицы. Её разбирало любопытство: зачем её волшебные штучки могли понадобиться директору? Он хочет научиться управлять тараканами своей головы? Интересно, нажаловались ли детки угрюмому хозяину. Теперь, когда она перешла в гимназию, Барокко не так-то просто будет дотянуться до спиц. А мелким грубиянам умница Румяна не по зубам.
Она бросила взгляд на окно смотрителя мёртвых зверюшек – оттуда, как из бездны, прямо на неё смотрел не отрываясь Барокко. Румяна помахала ему спицами и быстро зашагала к дому.